Последний грех Аррона

С положенными округлостями во всех местах. Родители находили мою полноту очаровательной и говорили, что со временем она перейдёт в плавное изящество. Не знаю-не знаю… Пока не заметно. Мне бы похудеть для начала, но я слишком любила баловаться сладеньким. Изящества от постоянного сидения за книгами тоже не прибавлялось. И если ростом я тянулась в отца, то оттенком волос наградила матушка. Хвала Светлоликой Ниэ́зи*, лишь оттенком. Волосы у меня были каштановые.

− Да, тайра вполне совершеннолетняя. Можно выдавать замуж, − вынес вердикт гонец.

− А вот это не Вам решать, − перестала молчать моя огненно-рыжая матушка.

− Разумеется. Держите, тайра Эделин. Через неделю, когда обе луны войдут в свои наивысшие точки, Вы должны быть во дворце.

Вручил мне свиток и умчался.

После его отъезда в замке закипела бурная деятельность. Брата и сестру прогнали прочь, а со мной у родителей состоялся откровенный разговор. Причём такой направленности, которой я не ожидала.

− Дорогой, ей нужно бежать! – это было первое, что выдала моя матушка, как только мы по-настоящему остались втроём.

– Вызов пришёл слишком рано!

− Ты права. И ведь время какое назвал: зенит обеих лун! Слышала?

− Слышала! Разве могла я такое не услышать? Слышала каждое слово.

− Ещё, когда он вытаскивал свиток, я разглядел в его сумке похожие. Они собирают девушек. Собери дочери вещи, жена. Сделаем вид, что Эделин выехала. Спорить с Императором нам не по чину. А потом в пути с ней случится какая-нибудь оказия и до места она не доберётся.

− Всю жизнь в изгнании?

− А что ты предлагаешь? Это лучше чем то, как поступили с тобой.

− Да-да, ты прав. Конечно же, прав!

− О чём вы говорите?! – не выдержала я.

С каждым словом родителей в душе поднималась паника. Мне нужно бежать? Матушка и отец приняли такое решение единодушно? Отец стал по-военному командовать, что происходило только в крайних случаях, а матушка во всём с ним соглашается? Сама из речи гонца я поняла мало что. Вернее, не сделала никаких выводов, кроме очевидного: меня вызывают.

И уж тем более во мне не было тренированной зоркости родителя, углядевшего в сумке гонца похожие свитки. А сейчас я вспоминала и тоже царапало: «Явиться во дворец, когда обе луны займут свои наивысшие точки». Про ритуал, происходящий в этот момент, я натыкалась в манускриптах, когда искала запретные заклинания. Но ведь в нём нет ничего опасного! Или есть?

Последний вопрос я почти выкрикнула вслух.

Мать и отец переглянулись.