Хроники Соснопеня. Аномалия

Работать приходилось с раннего утра до позднего вечера, девушка даже пропускала завтраки, обеды и ужины, за что получала нагоняй от Аглаи. Но в конце концов та смирилась и приносила еду на подносе. Не забывала ворчать. Для профилактики.

— Сидишь тут как затворница, даже не выходишь подышать. Нельзя же так!

— Очень много накопилось дел, пока этим никто не занимался. Спасибо, Аглая.

Несса принялась за обед, Аглая села на диван, наблюдая за ней. Даже интересно, за чем она больше следила: за тем, чтобы Несса всё съела или чтобы не работала во время приёма пищи?

После обеда Несса вновь садилась за заполнение формуляров, переписывая начисто черновые записи из журнала розыскной группы.

Потом нужно было восстановить паспорта, запечатать их в пакет и положить на тумбу у двери – на рассвете их забирали и отправляли на следующий пункт.

Пришлось смириться с тем, что миссию она провалила. Её грызло разочарование в самой себе, чтобы как–то забыться она углублялась в работу. Лучше вносить бесконечные записи, чем отдаться на растерзание совести, которая где–то в глубине мозга продолжала бубнить бесконечное одно и то же:

"Ты же можешь что–то делать, продолжать собирать сведения, а ты сдалась и торчишь сутками здесь и ничего не делаешь.

Кто–то в лагере может знать о Баронессе, нужно проводить расспросы, узнавать информацию, а не сидеть на месте!"

Стоило признать, что Несса пряталась за работой. От тягучего осознания собственного прорвала. От косых взглядов. Те несколько вылазок, что она предприняла в первые два дня, напрочь отбили желание лишний раз выходить из пристройки.

Она не могла ни с кем завести непринуждённую беседу, так как её буквально преследовали косые взгляды и перешёптывания. Её разглядывали как зверушку в зоопарке. Даже то, как она жуёт и ходит, стало поводом для бурного обсуждения за спиной. Следили, как она держит спину за столом, обращается с вилкой, постоянно забывает об отсутствии ножа.

Вездесущая Аглая спасла её от посещения столовой, появившись однажды утром на пятнадцать минут раньше начала завтрака на пороге канцелярии с подносом в руках.

Вскоре и это стало поводом для обсуждения, но Несса почувствовала облегчение, когда отпала необходимость лишние три раза выходить за пределы стен пристройки.

Убедившись, что никто не следит за ней через окно комнатушки, Несса по вечерам отжималась до дрожи в руках и качала пресс, пока в глазах не начинали плясать мушки. Это помогало избавиться от навязчивых мыслей о собственной никчёмности.