Хроники Соснопеня. Аномалия

Она явно была ниже его по статусу, но определённые ритуалы соблюдали все сословия, за исключением… обычных людей.

– Несса, рано или поздно ты вернёшься домой и выйдешь замуж за… – граф замешкался. Он не копался настолько глубоко в её сознании, чтобы выяснить имя предполагаемого жениха. Однако отрывки мыслей ему всё же удалось зацепить, отчего ему казалось, что он знает имя. А если не имя, то первую букву. М. Имя её жениха должно было начинаться с М.

– Маркуса, – подсказала девушка, отчаянно отводя взгляд. Из груди вырвался против воли жалкий всхлип.

Дэниел ободряюще сжал её ладошки, но добился лишь обратного эффекта.

Несса разрыдалась.

– Я не хочу за него замуж! Он мой брат! Я не люблю его!

То, о чём она молчала, и то, что столько времени копилось внутри неё неожиданно вырвалось наружу. Дэниел поднялся, сел рядом, обнял девушку и начал укачивать, как маленькую.

Её реакция стала для него полной неожиданностью. Она не просто не хотела выходить замуж, она… боялась. Монстр в глубине души Вронежского ощетинился.

Хотелось защитить, спасти и уберечь фарфоровую девочку от этого брака. Как и все девушки её возраста, она мечтала о большой и светлой любви. Однако реальность разбивала в хлам все мечты. Несса не грезила о счастливом будущем со своим суженным. Она… боялась.

Однако вслух граф произнес то, что считал правильным:

– Иногда нужно смириться с обстоятельствами, Несса.

– А если я не хочу с ними мириться? – прошептала Несса, вытирая льющиеся из глаз слёзы. – Не хочу мириться с тем, что надо выйти замуж за того, кого я не люблю.

– Но он тебя любит.

Несса молча посмотрела на него, на мгновение забыв, из–за чего плачет. Он всё же зашёл слишком далеко.

Дэниел вздохнул.

– Извини, мне не следовало копаться в твоей голове, это правда. Но это был твой ответ на мой вопрос, какого демона тебя занесло в Соснопень. Прости, но не верю, что девчонку в твоём возрасте политические вопросы интересуют больше, чем чулки, платья и первые балы.

– Мне девятнадцать, Дэниел, – сама не зная почему, Несса прибавила к своему возрасту целый год.

– Чулки, платья и балы уже порядком осточертели за три года в свете.

Граф на мгновение прищурился. Её вывели в свет в шестнадцать. Достаточно… поздно.

– А мне двадцать шесть, к этому возрасту надоели не только балы, но и от политики тошнит.

– Так тошнит, что именно поэтому ты полез в Соснопень, и на короткой ноге с Баронессой. Женился бы, сидел в кабинете графской усадьбы, писал мемуары и выращивал потомков.