Одинокая волчица. Посох странника

они повисли в воздухе. Их тяжесть девушка ощущала почти физически и снова заплакала.

— А сказать оказалось так не сложно! Почему же я молчала раньше? — и девушка, не выдержав, зарыдала. Со слезами, казалось, выходит вся накопившаяся боль, все чувства, так усердно подавляемые... Она не сдерживала себя и даже не задумывалась об этом. Исступление...

Неожиданно она почувствовала, что кто-то гладит её по голове. Мягко так, заботливо... девушка подняла заплаканные глаза наверх:

— Олег?!

Глава 16

Девушка, не веря своим глазам, вскочила с земли и не задумываясь обняла его.

— Лара....

— Живой... Великие духи, живой!

Казалось, девушка даже не слышала, как Олег звал её по имени, не чувствовала, как он нежно и бережно касался её волос... в тот момент Лара вообще ничего не понимала, и в первую очередь — Как. Как это возможно?..

Впрочем, разве это важно? Если Олег... жив?..

Не поняла она и того, в какой момент их губы соприкоснулись. Кто первым подался вперед, а кто ответил? Это не имело значения.

— Ты плачешь?

— Я... ты... я ведь видела... — слова разбегались, и Ларе никак не получалось внятно объяснить свои чувства. — Ты... как? Что произошло?

Её изумрудные глаза смотрели на него с непониманием и какой-то отчаянной решимостью. Олегу ничего не оставалось, как пожать плечами.

— Все просто... И одновременно так сложно... Это... настоящее чудо, Лара. Ты — настоящее чудо.

— Я не понимаю, — сказала она, смотря прямо в его глаза.

— Я.. тоже не понимаю. Просто... ты сама понимаешь, что ты сказала? Что... это не просто слова?

— Иза раксия и так далее? Я... не уверена в точности перевода, но...

— В древности, у магов, это было не просто признание в любви. Нет, это не клятва, но... эти слова обладали особой силой. Их говорили, когда не представляли себе жизни без другого человека и были готовы на всё... Лара, пожалуйста, почему ты снова плачешь?

У девушки в самом деле на глаза снова навернулись слезы.

— Не знаю... Ты ведь... ты сказал это тогда, ещё в Храме. Неужели... ты...

— Лара... Я полюбил тебя давно, уже и не помню, после какой твоей колкости или насмешливого взгляда я это осознал, — Олег хмыкнул, запрокинул голову к небу и тяжело вздохнул. — И как я тебя ревновал. Почему ты теперь смеешься, это правда! И к этому Ксенону, и к Дэнилду...