Одинокая волчица. Посох странника

ты была маленькой девочкой! Как я могла тебя узнать?

— Может, сердцем. Не знаю... но это факт. Ты меня не узнала. Я тебя не помню, и все, что ты мне сейчас говоришь, не вызывает у меня ни радости, ни счастья. Мне сложно принять это...

— Понимаю, Лара...ты росла без семьи...

— Нет! — воскликнула девушка. Боль, разумеется, тут же вернулась, но сейчас Иллариона должна была договорить. — В этом-то и дело, что нет! У меня была лучшая на свете семья, самые замечательные родители и любимая сестра. Которая сейчас балансирует между жизнью и смертью, и если я кое-что не сделаю, она погибнет!

Саралинда сделала вид, что её очень заинтересовало кружево на платье.

— Так вот о ком ты говорила... «Самый близкий человек»...

— Да. Ближе Каролины у меня никого нет.

— Прости меня! — не выдержала женщина. — Пожалуйста! Мне... мне очень жаль, что так получилось... я не хотела так поступать с тобой...

— Неправда, — твердо сказала Лара. — Хотела. И поступила. И простить я тебя не могу.

— Но...

— Я смотреть на тебя не могу.

Иллариона смолкла на несколько секунд.

— Лара, пожалуйста...

— Нет. Где мои друзья?

— Они там же...

— То есть в бараке? Действительно, что это я! Мы же пленники! Что же тогда я здесь делаю?

Саралинда, стирая слезу с лица, начала протестовать

— Вы не пленники...

— Да что-то не похоже, — и тут Лара застонала, невольно шевельнув плечом. Боль тут же напомнила о себе.

— Что, опять? Я думала, все прошло?

— Твоя магия на меня не действует — сквозь зубы произнесла Лара.

— А что, какая-то другая действует?

Лара посмотрела на сестру.

— Один раз Олегу удалось вылечить ожог. Может...забыла, мы же пленники.

— Ты хочешь их видеть? — прямо спросила Саралинда.

— Да, — кивнула Лара.

Женщина вышла в коридор, кликнув Карэю.

— Позови остальных. И назначь им нормальные комнаты. В этом здании.

Карэя ничего не ответила, только кивнула головой.

Саралинда вернулась в комнату.

— Хочешь попить?

Лара снова кивнула. Она ощущала себя ужасно беспомощной. Ей очень не хотелось принимать помощь от Саралинды, но сама она даже не могла взять стакан с водой. Это было ужасно обидно и неприятно. Особенно после того, что Лара ей наговорила.

— А как я тебя называла? Ну, в детстве? — спросила Иллариона, чтобы хоть как-то сгладить появившуюся неловкость.

— Сара. Меня все так называли.

— Ну да, логично... Сара и Лара. Мило.