Запретная любовь в цветочном магазине

Теперь Луна понимает это более чётко, заклинание можно обойти… Хочется кричать, выть от досады и негодования, но вместо этого с немым вызовом в глазах смотрит на собеседника.

– Жива, здорова, даже телевизор смотрит большой библиотекой фильмов и приставка есть. Недовольна тем, что не дают китайскую лапшу, – Элиас закатывает глаза и цокает языком, словно строгий родитель. – Я ей еду питательную предлагаю, а она: « Дай лапшу из той кафешки за углом». Так что с Жюстин? – радушный тон мигом сменяется на жёсткий, а взгляд на колючий.

Напускная дружелюбность мигом сходит на нет.

– Я хочу знать, что с ней всё в порядке, – она не сдаётся. Слова? Чего стоят слова, особенно вампира, о чьей жестокости ходили легенды.Таким, как Элиас, нельзя довериться без доказательств. Мэй может быть уже давно мертва, а он просто использует силу Луны в своих целях, чтобы добраться до Жюстин.

– Ну вот, ты мне не доверяешь, – Элиас состроил несчастное лицо, глядя на Луну самым честным и невинным взглядом. Несколько раз моргнул и для пущей убедительности очертил пальцем невидимые слёзы на щеках, а затем притворно смахнул их.

– Ты разбиваешь моё сердце, Луна! – рассмеялся, сложившись пополам. А затем двинулся вперёд, доставая из кармана смартфон, нажав что-то на экране, он продемонстрировал ей Мэй на экране, спокойно играющую в приставку. – Убедилась? Теперь ответишь на мой вопрос?

Его глаза недружелюбно, угрожающе сощурились, давая понять Луне, что больше увиливать она не сможет. Решения, порою их так сложно принимать.

Особенно, когда дело касается чьей-то жизни. Водить за нос Элиаса, потянув время, как и обещал Брэндон? Луна уверена, что это не выйдет. И что бы она не выбрала, кто-то пострадает. Из-за её действий, и если бы Луна могла, она предложила бы себя вместо Мэй, ведь именно её решения разгневали Элиаса. Но тогда из-за Святого Обязательства погибнет и Брэндон, ведь сдержать его в таком случае не получится. Она пытается сглотнуть напряжённый комок в горле, тело словно немеет, отказываясь слушаться.

– Может быть… тебя устроит найти то, что Жюстин у тебя украла? – робко предполагает Луна. Язык не желает её слушаться, ворочается с трудом и, кажется, весит сотню килограммов.

Ответом ей служит громкий, безудержный смех.

– Конечно, дорогая Луна, – в глазах Элиаса весёлые искорки, – если ты хочешь получить Мэй частями. Мне нужна Жюстин, и ты либо находишь её, либо горько пожалеешь об этом.

Глава 20

Какой бы выбор Луна ни сделала, кто-то обязательно пострадает.