Божок нашего города

Комната утилизационной машины имеет интересную особенность: рядом с дверью всегда прохладно, ниоткуда дует ветерок, зато внутри узенького помещения, полностью состоящего из кирпича, жара, достаточно полминуты, чтобы множество капель пота покрыли тело.

Здесь темно, одно пламя внутри мусоросжигательной машины освещает помещение, туда Уилл и кидает мусорный мешок, скоро покидая невыносимо жаркое место. Решает постоять минуту рядом с закрытой дверью, остыть, но вспоминает, насколько быстро хозяйка заполняет корзину, бежит обратно в кабинет.

К его счастью, корзина полупустая, а вот вечно печатающий принтер скоро начнёт покрывать приходящими листами пол. Переложив приличную стопку на стол хозяйки, Уилл занимает своё рабочее место, вздрагивает от звука пришедшей на его принтер телеграмме. Дождавшись лениво вылезающего листа, пытается прочесть написанное, но буквы попросту исчезают, успевает прочесть первую, выделенную жирным шрифтом, строку: «Ответ о передвижении субъекта».

— Разве я просила совать нос, куда не требуется? — строго спрашивает хозяйка и требует передать пришедшую телеграмму, скоро читает.

— Вот оно как... — Одной рукой печатает на ноутбуке, второй комкает лист и выбрасывает в корзину. — А Макар шустрый малый, за день умчать в такие дали. Ничего, я заставлю его вернуться. — Принтер Уилла выплёвывает лист. — Разрешаю прочесть.

Информация суха и официальна, хозяйка просит кое–кого другого отправить телеграмму на указанный адрес с просьбой «Немедленно явиться Дьякову Макару Павловичу в пределы запределья госпожи Жонкиль».

— Прочёл? Отправляй. — «Как она видит?». Взгляд хозяйки направлен в стол, текст на листе читает, параллельно подписывает. Уилл «отправляет» в утилизатор телеграмму. — Что из прочитанного ты понял, Вил?

— Понял? — вспоминает прочитанное. — Что вы просите моего дедушку вернуться. — Этого недостаточно, хозяйка барабанит пальцами свободной руки по столу. — И... Не знаю, важно ли это.

— Говори. — Перестаёт барабанить, откладывает ручку и складывает пальцы в замок.

Тишину кабинета нарушает звук вечно печатающей машинки. — Я слушаю.

— Кажется, я узнал ваше имя. Жонкиль. — Тихо получилось. — Вас зовут Жонкиль. — Уже уверенней.

Жонкиль кивает и возвращается к работе, спустя десяток выброшенных листов, говорит:

— Хоть что–то хорошее за сегодня услышала. — Подписывает лист и поднимает, дабы тот сгинул. — Вил, не спать, принтер почти полон. — Пока Уилл перекладывает листы на стол Жонкиль, она бросает три скомканных в корзину.