Не всё дракону масленица, или Мамашка для близняшек - 1

— А теперь, кто хочет попробовать сделать блинчик сам?

— Я! — так же дружно ответили девочки.

Через несколько минут я отметила, что у обеих получается просто замечательно, и всплеснула руками:

— А варенье-то забыла из кладовки принести! Я скоро.

Шаркая растоптанными туфлями, я побрела к кладовой. Старинные напольные часы, украшающие коридор, пробили шесть раз. Надо поспешить с завтраком, скоро будет подъём. Выбрав из тёмных банок ту, на которой было написано «Малина», я поторопилась вернуться.

Но стоило войти в кухню, вздрогнула.

Близняшек не было, и царила тишина, которую изредка нарушал лишь стук капель разлитого теста, стекающего со стола на пол, где уже белели осколки блюда и желтели смятые блины. У меня задрожали руки, в груди похолодело от страха. Девочки бы никогда не стали проказничать, значит, произошло что-то плохое.

Стараясь ступать аккуратно, чтобы не поскользнуться, я подобрала сковородку и тихонько прошла вглубь кухни. Прижимаясь к стене, осторожно заглянула за стойку с посудой.

Они были там. Смертельно бледные малышки жались друг к другу и с ужасом посматривали на невысокую стройную девицу, которая торопливо связывала детям руки.

У меня ёкнуло в груди.

Похищение!

И, как назло, сегодня, именно в смену Семёна! Ленивый охранник всегда опаздывал, и помощи ждать неоткуда. Решение пришло мгновенно. Надо отвлечь преступницу! И банка с малиновым вареньем, которую я принесла, полетела в незнакомку.

— Бегите! — крикнула я девочкам за миг до того, как снаряд достиг цели.

Вот только дальше произошло нечто необъяснимое. Банка разлетелась на осколки, так и не коснувшись похитителя. Будто взорвалась в воздухе! А девица, резво развернувшись, прошипела что-то на незнакомом языке, и её тонкие руки будто засветились. В следующий миг с них сорвалась настоящая молния.

Я машинально подняла сковородку, на которую и пришёлся основной удар. Полыхнуло, меня тряхнуло и отбросило к стене. Мир растаял в ватной темноте.

Когда пришла в себя, попробовала пошевелиться.

Удалось не без труда. Сколько я пробыла без сознания, неизвестно. Было темно, хоть глаз выколи! Уже ночь?

«Надеюсь, девочки успели убежать».

Приподнявшись, я внимательно осмотрелась. Очертания предметов были мне незнакомы. Я не на кухне. Но и не в медицинском кабинете. Пальцы ощущали мягкость бархатной ткани, которой была застелена кровать, где я очнулась. Таких дорогих покрывал в интернате отродясь не было.