Сгореть в огне

Джун выглядел не лучшим образом, но это можно было списать на недосыпание. Переутомление, недоедание. Пусть проверяют — в столовой они появлялись редко, и свет в их комнате ночью горел постоянно. Карсо беспокойно переступила с ноги на ногу.

— Время, — напомнила она и указала на ожидавшую их машину, почти засыпанную снегом. Дворники периодически стряхивали наносы с лобового стекла и тогда становился виден водитель, сосредоточенно разглядывающий площадь. — Вашу форму я уже сложила в салон.

— Расслабься, я тебе сказал, — Райер выглядел бесстрастным, слегка склонившись к Джуну, потухшие глаза которого остановились на его лице: он умирал от страха.

— Обещаю, все пройдет так, как я запланировал. Просто сделаешь то, что тебе скажут. И уйдешь с нами.

— Райер, — шепнул Джун, стягивая с головы бандану. Ветер тут же подхватил его темные волосы, перемешал со снегом, бросил в лицо. — Обещай мне. Нет, клянись, что ты уйдешь со мной. Что мы не будем менять меня на тебя.

— Клянусь, — Джун становился все больше зависим от напарника, замечал он это сам или нет? Хамир открыл дверь минивэна и залез первым.

Чем дольше они будут переговариваться, тем больше подозрений вызовут. После него забралась внутрь Карсо, заняла свое место в центре. Джун зашел последним, поднял с сиденья стопку одежды, огляделся. Понял, что менять форму придется на месте. Райер уже начал, раздевшись до пояса.

Гвардейцы в салоне при виде Джуна опустили глаза, боясь его. Того, на что он способен. Никто не желает, чтобы ковырялись в мозгах, еще и без их ведома.

Райер презрительно фыркнул, громко, так, чтобы его услышали.

Джун внезапно успокоился. Будто щелкнул переключателем, выбросил из головы все мысли. Райер уверен, значит, он тоже будет.

Их тонированный автомобиль попетлял по Третьему центру, заехал на территорию гвардейского корпуса. Их пропустили без проверки, моментально открыв ворота: бортовой компьютер заранее связался с охраной, сообщив о пассажирах.

По подземной стоянке, где рядами стояли одинаковые автомобили, они проехали, не сбрасывая скорость, лишь притормозили перед бетонной стеной в конце, которая уже поднималась, пропуская их дальше в тоннель, узкий и длинный, уходящий по наклону вниз.

В конце пути еще один тяжелый заслон, на этот раз из полированного металла, отъехал в сторону, впуская их на стоянку, где находился лишь один автомобиль — алая Берсона главы гвардии. Сам Донатан Хоён стоял в начале стерильного металлического коридора, тянущегося вдаль.