Приглашение с подвохом

Словно меня сильно раскружили и отпустили без предупреждения. И лечу я непонятно куда, а остановить эту карусель не могу. И понятия не имею, что делать. 

— Знаешь, что самое паршивое? — вновь начинаю разговор, когда глубокой ночью мы подъезжаем к моему дому. — Самое паршивое то, что я делилась с ним всем. На работе я была этаким танком. И как бы Алина ни лезла под кожу, я держалась. Знала, приду домой, пожалуюсь Антону, и он меня утешит. Мы вместе посмеемся над этой стервой и придумаем какую-нибудь хитрую ответку.

А оказывается, Антон уже три месяца как перешел в другую команду… мне теперь не дает покоя мысль: а как много она знала? Что он ей рассказывал? И почему так поступил со мной? Я ведь не только его девушка, прежде всего я его друг, с которым сквозь огонь, воду и медные трубы. Когда все пошло не так?

— Думаешь, партизанил против тебя?

— Я не знаю, Наташа. Но эта мысль меня просто убивает. Не хочу думать о нём плохо. Да, поступил как настоящая скотина, но в глубине души он все ещё мой друг.

Наверное. Не знаю.

Я растеряна. Как вести себя дальше? Как выкинуть более десяти лет жизни?

— Это ничего, разберешься по ходу дела, — звучит обнадеживающе. — Ты как, не против будешь, если я составлю тебе компанию на выходных?

— Если согласна на режим самообслуживания, — Наталья едва заметно усмехается, словно ни на что другое и не рассчитывала. — Ну и дома бардак, сама понимаешь.

— Пошли уже, хозяюшка.

Какое счастье, что лифт работает. Иначе я не представляю, как бы эти три пакета продуктов вкупе с огромным дорожным чемоданом мы подняли на восьмой этаж.

В квартире было темно и тихо. Пусто. Первое разочарование — не слышно мяуканья. В горле встал ком. Обычно, стоило переступить порог, как Клео громким мярганьем требовала внимания, путаясь под ногами. 

Мы без слов распределили обязанности. Наталья отправилась на кухню, разгружать продукты. А я в комнату — нужно было организовать постельное место для подруги. Но зайдя в спальню, зависла, уставившись на кровать.

Интересно, Антон приводил сюда Алину? Они делали… это тут?

Очнулась от тихого голоса и легкого прикосновения к плечу. И обнаружила себя застывшей в дверном приеме. Сколько я так простояла?

— Ты ведь не хотела думать о нём плохо, не так ли?

— Да, но… не получается. 

— Я уверена, что мымра не переступала порог квартиры, — хотелось в это верить, да червячок сомнения все же будоражил фантазию некрасивыми картинками.