Приглашение с подвохом

Секунда, вторая, третья… И вот, я уже могу мыслить нормально.

– Или дело в том, что ты не маг.

– Или женщина.

– Возможно, ты права, – к моему удивлению, Иллидан соглашается. – Скорее всего, я бы свихнулся от желания нацепить на себя корону. А ты ничего… вполне себе вменяемая.

Пониже столешницы, удерживаемая изящнейшими, украшенными вензелями коваными ножками, парила не менее ажурная полочка. А не ней – лист тисненой пожелтевшей бумаги, сложенный как конверт.

– В короне спрятаны кристаллы от источника.

И все как один, не отличить! – я успела насчитать не меньше пятнадцати крупных кристаллов. – Можешь открыть письмо? – кивнув, беру с нижней полки сложенный лист бумаги, разворачиваю и показываю текст призраку. –

«Королева может любить только коронованного короля, а в короне найдется то, что вернет королю величие»

, – зачитывает он вслух одну единственную фразу.

Его лоб грозно хмурился, а на лице было такое угрюмое, неприязненное выражение, словно он видит перед собой что-то гадкое.

– Мда, от скромности дамочка не умрет, – задумчиво протягиваю, почему-то вспомнив беспринципную Алинку.

И почему мужиков всегда тянет на стерлядей?

Мне показалось, или потянуло духами? Едва уловимый аромат заставляет думать о порочной истоме ночных цветов. В мыслях тут же всплыл образ роковой рыжеволосой красавицы.

Ого! Да это же было рассчитано на Иллидана!

Очень...очень тонкий и хитрый ход.

– Подтверди мою догадку – кристаллы от источника она спрятала в короне, которую нужно примерить.

Так?

– Верно! А я её даже в руки взять не могу, сама видишь. Сейчас определить, какие кристаллы настоящие – невозможно, нужна сила. А станешь их оттуда вынимать – повредишь.

– И этого допустить нельзя, – подвожу итог. – Я стану марионеткой? – уточняю последствия, скорее для видимости.

Мне хватило данных, чтобы поверить, что смерть мне не грозит. Понимаю, что практически смирилась с идеей участия в авантюре, но все же оттягиваю момент, когда окончательно соглашусь.

Интересно, это признак храбрости или безрассудности?

Или проснулось женское соперничество? Каков шанс, что я решила помочь Иллидану, насолив Мариам, таким образом отыгравшись за обиду от предательства Антона и вероломства Алины?

Или меня манит вся эта волшебная чертовщина? Я никому не признаюсь, что где-то в глубине души до сих пор верю в сказки, но что-то уж сказка получается больно жуткая…

– Нет. Как я уже говорил, Мариам перехитрила саму себя.