Встреча на перекрёстке миров

Казалось, те двое замерли, и Эрика зажала рукой рану на боку, силясь приподняться. Ее душили слезы бессилия — что она могла сделать в таком состоянии, чтобы остановить их?

— Пожалуйста… Прекратите...

Зажимая ноющий бок и стискивая зубы от боли, Эрика уткнулась лбом в холодный пол. Тут же сильные руки осторожно подняли ее за плечи, помогая сесть. Подол разрезанной поперек ночной рубашки спутал ноги, а верх то и дело норовил сползти с плеч. Виктор аккуратно поправил ворот рубашки и поднял Эрику на руки, перемещая ее на кровать.

Краем глаза она заметила, что Белль растерянно стояла у окна с обнаженным кинжалом. Она не была ранена, но и уйти не спешила.

Виктор бережно положил Эрику на кровать и аккуратно, но настойчиво убрал ее руку с раны. Уже отточенным движением подцепил край бинта и распорол единственным оставшимся на мизинце когтем. Окровавленные бинты откинул на стол и взялся было за кусок чистой ткани, когда ее перехватила другая рука. Виктор оскалился и по-звуриному прирыкнул на Белль, которая выхватила из его рук самодельные бинты.

— Я сама займусь ее лечением. Это моя вина, и я все исправлю.

— Уйди, девчонка! — по низкому тону сквозь стиснутые зубы было заметно, что Виктор с трудом сдерживается, чтобы не накинуться на нее. — Ты и так сделала достаточно!

Однако Белль была настроена решительно. Уверенно отодвинув его с пути, она подхватила свечу и склонилась над Эрикой, чтобы получше осмотреть рану. Возмущенный такой наглостью, Виктор схватил ее за плечо, но, взглянув на покачавшую головой Эрику, отпустил.

Однако в сторону не отошел и, поскрипывая зубами, остался наблюдать.

Ловко вынув из мешка за спиной флягу, Белль смочила ткань в резко пахнущей жидкости и приложила к ране. Эрика поморщилась и выгнулась, машинально отодвигаясь подальше. Рыкнув «Достаточно!», Виктор схватил Белль за руку, но та тут же ловко вывернулась.

— Все в порядке, Виктор, — сквозь зубы пробормотала Эрика. — Дай ей закончить.

Шипя под нос ругательства, он отступил и принялся измерять комнату шагами, изредка кидая то злобные взгляды на Белль, то обеспокоенные — на Эрику.

Девушки же, похоже, нашли общий язык. Точнее, Эрике было достаточно лишь взглянуть на Белль, что-то сосредоточенно размешивающую в миске, чтобы понять ее. Белль чувствовала вину и свою ответственность за произошедшее, и не зная, как это сказать и выразить словами, изо всех сил старалась исправить ситуацию делом.