Встреча на перекрёстке миров

Музыка смолкла — Клинкен предупредительно прокряхтел что-то вроде извинения. Недоуменно оглянувшись, Эрика заметила, наконец, Чудовище и вздрогнула. Он увидел, как ее пальцы в тонких кружевных перчатках сжали подол. Усмехнулся снова. Значит, она все еще его боится? Не удивительно.

— Прости, я… Я просто… — в спешке пыталась придумать Эрика оправдание своему внешнему виду и мини-балу.

Торопливо начала подниматься, но запуталась в юбках и рухнула прямо к ногам Чудовища. Она была похожа на испуганного котенка, который еще даже не научился толком ходить.

Его позабавила эта мысль, и, чуть улыбнувшись, он протянул ей руку. Невольно подумал, что когда-то мог сделать это более галантно. И предложить более опрятную руку, чем когтистая, покрытая хворью лапа чудовища. Как только его взгляд упал на растерянную гостью — настроение тут же испортилось. С чего он взял вообще, что должен помогать ей? С чего она вообще примет его помощь?

Внезапно пальцы коснулись его руки, и он чуть не отдернул ее по инерции, но сдержался и лишь перевел удивленный взгляд на Эрику.

Опираясь на него, она поднималась, быстро распутывая юбки и кринолин, который, похоже, сломался. Невольно он залюбовался ее торопливыми движениями. Раньше они показались бы ему ужасными, безвкусно-деревенскими и неумелыми. Но сейчас это не имело значения.

Эрика отпустила его руку и сдула с глаз пару выбившихся из прически прядей. От ее «спасибо» Чудовище вдруг почувствовал себя неловким мальчишкой. Вряд ли что-то могло выдать его смущение, но он на всякий случай закатил глаза и усмехнулся.

Снова. Эта усмешка становилась уже чем-то вроде нервного тика, вроде защитной реакции на любое действие этой девчонки.

— Развлекаетесь, значит? — он сам не узнал свой голос, хриплый, едва похожий на человеческий.

Но, видимо, Эрику он не смутил. Она пожала плечами и улыбнулась робко, словно извиняясь.

— Прости. Я, правда, не хотела тебе мешать. И я обязательно верну платье на место!

Кажется, это впервые, когда Эрика заговорила с ним после той ночи.

И не выглядела такой испуганной, хотя он снова подкрался как зверь.

«Поговори с ней», — вспыхнули в памяти слова Спигель. Но он растерялся. Поговорить? О чем? Что вообще он может сейчас сказать. Куда растерялось все его былое красноречие? Пока он пытался выдавить хоть слово, Эрика, продолжая извиняться, проскользнула мимо него к лестнице.

Краем глаза он успел подметить под ее ногами какую-то тряпку — похоже, одна из юбок развязалась.