Три мести Киоре 2

И ведь это был прекрасный шанс избежать свадьбы ценой свободы какого-то барончика, ведь подбросить тому известный теперь яд было бы несложно… Но это означало новые контакты с Дораном. Поди, ее портреты на каждой стене Особого управления развешаны! И дротики в них патрульные бросают наверняка!

— Ваше сиятельство, меня не травили. Вы не имеете права расследовать это без моего позволения.

Доран прошелся по комнате, перенес к изголовью кровати стул и сел, скрестив ноги.

— Зачем вы защищаете барона? Что вы были отравлены — это факт, — настаивал на своем он.

— Брак с ним спасет мою репутацию, а скандал — погубит. И, повторюсь, меня никто не травил. Лекарь же вам все объяснил, не так ли? — Киоре сменила тон на ласковый, слегка заискивающий.

— Господин Джеммалсон двадцать лет служил придворным лекарем и вышел в отставку три года назад. Я не раз обращался к нему по службе. Сейчас он соврал. В ответ на прямой вопрос он отправил разбираться с вами. Он-де ничего не знает. Поскольку вам нездоровится, мы вернемся к этому вопросу позже.

— Скажите, мы приехали в Ройштален или другой город? — сменила тему она.

— В Ройштален, — кивнул герцог.

— И… кто нас видел?

— Я представил вас родственницей моей покойной супруги, которую пообещал сопроводить сюда к святым источникам.

Киоре вздохнула, опустив взгляд на одеяло. Надо же, на нем оказался узор в мелкий цветочек…

— То есть здесь исцелится родственница герцога Хайдрейка, а в столице замуж выйдет точно также выздоровевшая баронета Таргери? Ваше сиятельство, это ведь… шито белыми нитками.

— Исцелитесь для начала, — был резкий ответ. — Я оплатил на неделю комнату в трактире «Вепрь», ваш кучер знает, где это. Надеюсь, за это время вы найдете себе монастырь.

Доран поднялся и, пожелав доброй ночи, ушел. Холодный сквозняк прошелся по комнате, и, вспыхнув, погасла лампа, а Киоре почуяла запах пепла и цветов. Темнота охватила ее, и она стала проваливаться в нее, как будто жесткая кровать обратилась в болото, затягивавшее в свою хищную утробу…

Удар.

Еще удар. Щеки вспыхнули от боли, и только тогда Киоре осознала, что кричала, до онемения пальцев сжав край одеяла. Над ней склонился Доран, а лампа снова горела, тихо, ровно, как и полагалось. Вздрогнув, девушка опустила взгляд на руки, которые отказывались отпускать одеяло.

— Не слушаются? — спросил он, и Киоре с трудом кивнула. — Джеммалсон ушел в госпиталь. Будем справляться своими силами.