Смерть на моих запястьях

- Как ты узнал, где я?

- Я же сын своего отца. И я тоже инженер. Моя специализация – связь,— он пожал плечами.- Я могу найти кого угодно и где угодно. Понимаешь?

Я понимала. Понимала, что все мои игры были напрасной тратой времени. Не понимала я только одно – почему он меня помнит? Не должен был он меня помнить!

- Хорошо,— сбавила я обороты.- Зачем ты явился?

- Не знаю,— Стас подпер рукой щеку и уставился осоловевшими глазами мне в лицо.- Ты как-то непонятно исчезла. Я никак не мог сообразить, куда ты пропала и о чем мы говорили.

И я захотел это выяснить.

- Выясняльщик хренов,— прошипеть пришлось себе под нос. Не стоит дергать пьяного и злого тигра за усы.

И добавила уже погромче:

- Может, мы потом поговорим, когда ты будешь в более адекватном состоянии?

- А я вполне владею собой, Маша,— мужчина вдруг мягко, как огромный хищный кот, поднялся из кресла и подошел ко мне.- Я только никак не могу понять, чего ты от меня сбежала? Неужели беседовать со мной было так неприятно?

Его рука поднялась, медленно оглаживая пальцами мою щеку сверху вниз.

Я отшатнулась.

- Проваливай отсюда!

- Прогоняешь?— оскалился сын клиента.- Не хочешь разговаривать? Какого черта ты вообще здесь делаешь? Подобным образом номера в отелях снимают обычно для любовников!

- А ты в теме, я погляжу. Да и какое тебе вообще дело?— зашипела я. Он выводил меня из себя на раз-два.- Кто ты и какое право имеешь меня о чем-то спрашивать?

- Я хочу с тобой просто еще раз поговорить! Об отце, о тебе!— он снова сделал шаг навстречу.

- А ты ведешь себя как дорогая шлюха, ждущая клиента!

- Да как ты смеешь!— я замахнулась, чтобы влепить ему пощечину. Но моя рука молниеносно была перехвачена железной ладонью. А спустя секунду была заблокирована и вторая. Оба моих браслета оказались под его пальцами.

- Отпусти,— тихо сказала я, глядя ему в глаза.

- А то что?

- Не надо трогать меня без моего позволения. Я этого не люблю.

- Я хочу тебя понять,— с нажимом ответил Стас.

- Ты откуда-то взялась. С тобой как-то связана смерть отца. А сам я уже не могу перестать думать о тебе. Кто ты, Маша?

- Отпусти,— я дернулась из его рук, но он только крепче сжал ладони.

- Я не хочу делать тебе больно. Давай просто поговорим.

Смотреть в его темные глаза было невыносимо. Там бушевал такой водоворот из душевной боли, интереса и алкоголя, что у меня самой начинала кружиться голова. Надо избавиться от него!

- Отпусти!— дернулась еще раз.