Танака Кайоши

Продолжать лежать или размышлять подробности к моему неготовому до конца плану особого смысла нет, когда до первого пункта еще далеко-далековато, когда, найдя третьего помощника, нужно встретиться и поговорить не как обычные дети, а те, кто понимает, что наша шалость и веселье убивает надежды на то, чтобы все это мы могли осуществить не здесь, а на воле, на освободившейся воле. Все, что может нам помешать или разрушить, это не до конца разобравшимся в состоянии Рикки. К несчастью, с ней сейчас нельзя нормально пообщаться, ее избежание не понятно, от чего мало-помалу усугубляет время, и когда все это закончится, я не знаю, и, может, никто не знает.

Я не остался там, придя домой, идя десять или больше минут, я стал думать, чем бы мне заняться в эти часы. Возможно, я один был единственный, кто вспомнил, что у меня, как и всех детей, был телевизор. В первый день, когда я здесь оказался, я сразу увидел его и, посмотрев несколько каналов, больше его не использовал и не включал. Странно, но я забыл про него.

Включив и выбрав неизвестный канал, я начал делать то, что делали все остальные, начал убивать скуку, смотря телевизор. Это были обычные мультики, которые я пересмотрел тысячу раз. Даже так, мой мозг расслабился, как и мое тело, как и сам я. Новые мысли перестали появляться — так я хотел просидеть до обеда, пока не услышу долгожданного оповещения.

…

Врать никогда я не умел, но эти, на первый взгляд, длинные два часа были абсолютно быстрыми. Может, их идея насчет телевизора являлась хорошей, мы стали переставать помнить, что тогда с нами случилось.

— 2 часа дня — обедать.

Сквозь включенный телевизор, громкость, которая была не такой сильной, спустя время я все-таки услышал оповещение. Вот и прекрасно. Хоть каждый из нас превысил норму за просмотром телевизора, мои глаза не болели и никак не испортились, они были в норме. Вместе с этим я уже проголодался, выключив телевизор, я открыл дверь и, словно дежавю, пошел к той самой конструкции, названной мной буфетом, где, надеюсь, еще раз хорошо покормят.

Из всего мне хотелось особенно встретить саму, долго не появляющиеся Рикки. Принцип был прост — мне нужно познакомить ее с Шаной, надеясь, что они поладят между собой. Я продолжал идти, ни Рикки, ни Шану так и не встретил, в моей голове думалось, как мне совершить их встречу гладкой и с хорошим завершением, без внезапных происшествий.