Её величество попаданка

С Амираной я держал связь через музыкальную шкатулку, а вот с тобой повезло больше — это земное изобретение гораздо удобнее. Хорошо, что ты перенеслась с ним. Но, к сожалению, влиять я могу только на него, а на окружающую обстановку нет.

Так это ведь отличная новость! То есть опасный ирлинг находится где-то в неведомых далях и никоим образом не сможет меня принудить к чему-то плохому. Такому, чего я сама никогда бы не сделала.

Я изобразила на лице очень заинтересованный вид.

— Приступим.

— Мы начнём с малого, но жизненно необходимого — с твоей маскировки.

Сдаётся мне, что отдадут тебя сегодня не просто какому-то захудалому магу.

— Да-да, какому-то верховному герцогу и советнику короля. Имя не запомнила. Что-то связанное с дымом и архиереем, кажется.

— Дымтей Архейский! — Феникс тут же понял, о ком я говорю. — Шпионы мне доносили информацию о нем. То, что он сильный маг — понятно сразу. Но если подтвердится его связь с Орденом Тьмы…

— Настоятельница в этом уверена на сто процентов, — развеяла я надежду на лёгкую победу.

Феникс почесал рыжую бровь.

— Что ж, в целом нам плевать на Орден и его дрязги с Амфеей. Просто маги — почитатели тьмы — обладают некоторыми неприятными преимуществами. Например, они могу управлять своими тенями. Шпионить с их помощью, сражаться, становиться невидимыми и перемещаться на большие расстояния теневыми тропами. Опасные противники. Поэтому мы тем более должны скорее освоить маскировку.

Я невольно поежилась и огляделась. Вообще-то в келье царил полумрак, и в углах скопилось полчище теней.

— А его точно сейчас с нами нет? — спросила я, понизив голос, и опять огляделась.

— Нет. Монастыри защищены от чужой магии. Сломать охранные щиты можно, но это сразу заметят.

— Но ты же здесь, — возразила я, не спеша расслабляться. — Тебя не остановила защита.

— Я даже не в этом мире, детка! А телефон принесла в монастырь ты. Как и шкатулку принесла Амирана. В общем, не пытайся пока понять тонкости. Приступим к более насущным проблемам.

Я сегодня слышал твою магическую речь. Ты невольно вошла в транс, подключилась к памяти предков и использовала в ней огненное подавление чужого сознания. Что-нибудь ещё необычное за собой замечала?

— Нет. В остальном совершенно ничего не изменилось, — с лёгкой досадой проворчала я. — Даже замёрзла, пока стояла босая в святилище Ветренницы, а сестры сказали, что фениксианки не чувствуют холода.

— Много они понимают! — сварливо пробормотал предок.