Её величество попаданка

Глава 9

Дым

Тьма Всемогущая всегда любила Дымтея гораздо сильнее других своих адептов, поэтому пришла к нему в тринадцать лет сама, не дожидаясь обряда призыва, который в Ордене проводился лишь для юношей восемнадцати лет. Она надёжно скрылась за безобидной и распространённой в Амфере некромантией, которая у юного наследника герцога Архейского тоже оказалась достаточно сильной, чтобы укрыть неугодную ныне Тьму от всех любопытных глаз. Тьма велела никому о ней не рассказывать, поэтому никто в Амфере не знал, что может верховный маг.

Когда у Ордена и его величества Ремтарта случился разлад, Дымтею было всего пятнадцать лет. Думая, что юноша всего лишь сильный некромант, король взял его, наследника опального и изгнанного герцога, поклонника Тьмы, под свое крыло. Монарх отправил Дымтея в королевскую академию, а когда тот окончил учебу, передал титул, вернул все родовое имущество и приблизил к трону. Старый хрыч понятия не имел, что Дымтей давно освоил теневые тропы и поддерживает связь с Орденом и семьёй — всё это позволило Архейскому возвыситься до своего нынешнего положения.

Ну и сильный дар, разумеется.

Но не только венценосный старик пребывал в счастливом неведении. Глава Ордена тоже многого не знал про своего ставленника в Амфере. Например, он даже не догадывался, что Дымтей давно нашёл его узилище для душ отступников и периодически пользуется услугами заключённых в нём преступников. А одного из них даже сделал своим личным теневым аватаром и теперь, благодаря Рауху, знает много того, чего знать не должен.

Вот, например, и сейчас его шпион доложил об Амиране примерно следующее:

— Хороша! Грациозна! Невинна и в тоже время порочна! Я бы облизал её всю, — томно. Насколько можно вообще томно каркать, сообщил Раух

— Чем? Ты даже не кот. У тебя клюв, — съязвил герцог, — а по делу?

— А по делу: она и правда сильно отличается от той фениксианки, которую мы с тобой знаем. Представляешь, она не кинулась первым делом к платьям. Не пищала от восторга и не кружилась по комнате… Хотя там места нет.

Это вычеркнем из пунктов подозрительного поведения, — пробормотал ворон. — Но даже без этого она какая-то слишком притягательная и адекватная.

— Вот и я о том…

— Знаешь, Тей, я тут подумал, что мы можем просто неверно судить по одной знакомой о всех фениксианках.

Герцог задумался. А ведь и правда. Других фениксианок он видел мельком на балах и приёмах. И то слишком мало — мужья редко выводят их в свет.