Клира и Шад

Спустя несколько минут моего молчания, я все же ответила ему:

— Ты прав, знала. Но на кого я могла ещё положиться? Здесь постоянно пропадают наши жители. Тебе ли не знать.

Он наконец поднял на меня взгляд своих необычных глаз.

Может, он и не поверил в честность моего ответа, но допытываться не стал. Лишь спросил:

— А как же Клиры? Разве обычные жители не должны полагаться именно на них?

Я сглотнула. А он, прежде, чем отвернуться, скривился. Хм, какая-то у него явная нелюбовь к белым девам. Мне все же повезло, что он не видел моего кинжала.

Я не стала продолжать тему о нас. Поинтересовалась у него:

— Как тебя зовут? И почему ты тоже в этом лесу?

Я не рассчитывала на то, что он ответит. Он спас мне жизнь, а я тут ещё и вопросами его допытываю. Хотя мне нужно возвращаться бы уже. И так много времени провела здесь.

Парень, взяв готовую рыбу, подошёл ближе ко мне, опустился и отдал мне в руки. После чего взял ещё одну себе, сел рядом со мной на покрывало и все же ответил:

— Моё имя Эва.

..

Произошла заминка. Это мне показалось странным.

А он, не обращая на это внимания, продолжил:

— Эван. Я странник. Лес - считай мой дом. Я знаю об опасности этого леса, но как ты могла заметить, я к ней готов.

Может и соврал, но убедительно. Я кивнула и приступила к трапезе. Мой живот явно был не в восторге от того, сколько я томила его голодом.

Когда с трапезой было покончено, он задал уже вопрос мне:

— А как обращаться к тебе?

Я даже не подумала о том, что отвечу, в случае такого вопроса.

Поэтому была не готова. А в голову именно сейчас ничего не лезло. Но, чтобы не показаться странной, вновь, в который раз за этот час, я ответила:

— Можешь просто Гви.

Я не врала, но и не сказала полное имя. Я не была уверена, что кто-то ещё не знает о том, как звали наследницу Груасхама. А если знали имя, то скорее всего и знали то, кем я стала. Не хотела рисковать.

Эван взглянув на меня, опустился рядом и спросил:

— Позволишь посмотреть рану?

Слишком близко он сейчас находился.

Вместо ответа я лишь кивнула.

Я почувствовала несколько его прикосновений к моей коже. То место горело даже после того, как он убрал свои руки.

Он вынес вердикт:

— Уже лучше. Через пару дней можно снимать швы. Как будешь дома, все равно покажи лекарю.

Я кивнула. А потом вспомнила, что лошадь оставила на входе в лес, черт. Не ушла ли? А вдруг увели? Или духи? Как можно быть такой растерянной.