Парижские тайны. Том 2

– Пусть поднимется сюда…

Флорестан позвонил в колокольчик; на пороге показался Буайе.

– Попросите господина Пти-Жана подняться сюда.

– Слушаюсь, господин виконт, – сказал Буайе и вышел из кабинета.

– Как вы добры, отец, что не забыли о своем обещании.

– Я всегда помню о том, что обещал…

– Как несказанно я вам благодарен!.. Не знаю, как я смогу выказать эту…

– Я не хотел, чтобы мое имя было обесчещено, – прервал его граф. – И оно не будет обесчещено…

– Да, не будет!.. Да, оно не будет обесчещено, я клянусь вам, отец…

Граф посмотрел на сына со странным выражением лица и повторил:

– Да, мое имя не будет обесчещено!

Потом он прибавил с сардонической усмешкой:

– А вы почему в этом так уверены? Разве вы прорицатель?

– Нет, но в своей душе я читаю твердую решимость в этом.

Отец Флорестана ничего не ответил.

Он ходил из угла в угол гостиной, сунув обе руки в карманы своего длинного редингота.

Он был очень бледен.

– Господин Пти-Жан, – доложил Буайе, вводя в комнату человека с хитрым, гнусным и корыстным лицом.

– Где этот вексель? – спросил граф.

– Вот он, сударь, – ответил Пти-Жан (подставное лицо нотариуса Жака Феррана), протягивая вексель графу.

– Тот ли это вексель? – спросил старик у своего сына, показывая ему документ.

Кинув взгляд на вексель, Флорестан сказал:

– Да, тот самый, отец.

Граф вытащил из кармана своего камзола двадцать пять тысяч франков казначейскими билетами, протянул их сыну и приказал:

– Уплатите!

Флорестан вручил деньги Пти-Жану и взял у него из рук вексель со вздохом облегчения.

Пти-Жан тщательно вложил банковые билеты в потрепанный бумажник и откланялся.

Граф де Сен-Реми вышел вместе с ним из гостиной, а Флорестан тем временем старательно разрывал вексель в клочки.

– По крайней мере, у меня остались еще двадцать пять тысяч франков от Клотильды, – проговорил он. – Если ничто не откроется… эти деньги – пусть слабое, но все-таки утешение.

Скрип ключа в двери заставил виконта вздрогнуть.

Его отец возвратился в гостиную.

Теперь он был еще бледнее, чем прежде.

– Мне показалось, отец, что кто-то запер на ключ дверь в мой кабинет?

– Да, это я запер ее.

– Вы, отец? А зачем? – с изумлением спросил Флорестан.

– Я вам сейчас скажу.