Трусливая Я и решительный Боха

Как месть или как шанс второй на счастье? Кто же знает? Обычным крайлабцам домысливать неинтересно: хоть семья и государева, но чужая. И далека она от собственных супружеских проблем. А камни чудодейственные где-то тут. Их ищут. По инерции уже, но ищут.

- Я больше не могу.

Сутки прошли после ранения этого «кудрявого кузнечика». Но, Алеш до сей поры чрезвычайно бледен и лишен возможности не то, что прыгать, а элементарно двигаться, самостоятельно вставать. И вот сейчас, восседая в кресле у камина кухонного, он выдает такое… заявление такое! Мы все синхронно повернули головы от длинного стола.

И что-то было во взглядах наших, очевидно забористо-зловещее:

- Алешик? – звонко протянула его мать.

Мурло, лежащий под ногами детскими, мгновенно встрепенулся. Он все эти сутки ни на шаг от Алеша не отходил. Видимо, чувствовал свою кошачью странную вину, что проглядел беду и едва не лишился своего любимого объекта опекунства. А где он был, кстати?.. Возможно, неправильные ассоциации возникли в моей голове, но котеночка так хочется.

Так хочется.

- Я больше не могу пить этот морс. Он уже плещется между моих ушей, - пробурчал «объект».

- Вообще-то, там ум твой должен быть, - съехидничала Бозена, вскинув брови.

Дорота хмыкнула в свой кулачок. Я в нетерпении заёрзала на жестком отогретом стуле:

- Алеш, не морс, так молоко. Пить тебе надо много.

- Бе-е. Я лучше морс. Простите.

- Вот молодец. Отилия, Дорота, что там дальше было?

И, наверное, романтизм кристально синей ночи со звездным серебром за стеклами окон (чистейшими!) способствовал тому, или стрекотание сверчка за теплой кладкой дымохода, но обе здешние рассказчицы, вдруг, выдохнули и вдохнули в тихий унисон.

Однако, речь продолжила одна из них, Дорота:

- Оть, да я всего немного помню. Искали, да. Отрядами сновали, да и по одному. А некоторые не возвращались. В последний раз… в последний…

- Девятнадцать лет назад, - оторвал внимание от своих столбиков из цифр Игнас.

– К Тюхе ходили. Трое наших и один из степей. Они же сами и наняли его, как поисковика.

- И что? – Бозена осторожно отхлебнула чай. Горячий, но вкусныыый.

- Да что там? Ничего, - авторитетно выдал ей мой секретарь. – Все не вернулись.

- Оть! – всплеснула ручкой ключница. – А я об чём? Пустые хлопоты. Ведь главного они не делают.

- А что там главное?

- А, было так, владетельная госпожа, - Дорота закатила глазки и неожиданно занудно так запела.