В опасных, но желанных объятиях. Альтернативная история

«Самозванец? Чужая день? Живет чужой жизнью? Краденая судьба? Самозванец? Фальшивка?» — мысленно переспрашивал людей дух. В его спину прилетел камень. Реакция пришла с задержкой. Тело вздрагивает. Раймунд медленно оборачивается. В него прилетает второй камень. Он уже прилетел в лицо того. Дворовые мальчишки гадко засмеялись, тыча в того пальцами. Безразличный взгляд зеленых глаз направлен на тех. Сорванцы показали духу языки и убежали…

«Ты же моя зайка. За что же они так с тобой? Становится все больше вопросов.

Мне нужны ответы».

Раймунд провел рукой по лицу. На пальцах осталась кровь. Брошенный камень оказался острым из-за этого, и появилась не большая царапина. Рана не серьезная. Всего пару капель крови. Тяжелый вздох. Одинокая слезинка скатилась по щеке до подбородка. Потомок Пер Ноэля обнял Остролиста, который только хотел погнаться за сорванцами, за шею.

—Не надо, — тихо, чуть ли не шепча, спросил дух. Его голоса предательски дрожал — оставь их. Они того не стоят… Не давай им повода для новых насмешек… И… Нам нельзя причинять вред людям…

—Le clown, — вновь раздались насмешливые, язвительные словечки — l'esprit le plus inutile.

C'est un âne qui le défend. Vous avez vu ça aussi? Est-ce sérieux ? L'âne le plus ordinaire? Hah. Pourquoi avons-nous besoin d'un tel esprit? Laisse - le partir.

Раймунд крепче обнял своего верного друга. Он кусает губы. В груди вновь все сжималось. Ему не хотелось этого слышать. «Вот же клоун? Самый бесполезный дух. За него заступается осел. Вы тоже это видели? Серьезно? Самый обычный осел? Хах.

Ну, и зачем нам такой дух? Пусть идет прочь, — невольно повторилось в его голове — пусть идет прочь? Но куда мне идти? Это же мой дом. Да, что изменится, если я буду ходить в другую деревню? Там тоже будет то же самое»…

«Заинька ты моя. Да, плюнь ты на них. Больно надо помогать этим невежам».

—Почему? Чем я заслужил такое отношение к себе? — дрожащим голосом спросил дух. Он старался сохранить спокойствие, чтобы не начать на эмоциях кричать на жителей деревни — я же не сделал вам ничего плохого.

У нас же были хорошие отношения, так почему ваше отношение ко мне сменилось?

Ответа не последовало. Смех стал громче. Люди тыкали в него пальцами. Они вторили: «esprit inutile». Бесполезный дух. Ноги Раймунда дрожали, грозясь уронить тело на снег. Он крепко держался за шею ослика, что не позволяло ему упасть. Ему хотелось зажать уши, чтобы не слышать слов людей, но не мог. По щекам вновь потекли слезы.