Моя (чужая) невеста

Скажи он, что её может тянуть к нему лишь из-за того, что они, возможно, истинная пара, Мелисса бы наверняка злилась, но нет. Если б дело обстояло так, то мать Ульвхвата и Руни не оставила бы их отца, а пошла бы за ним куда угодно, ведомая, точно животным инстинктом, желанием во что бы то ни стало быть вместе. Но та женщина не была волчицей, как и сама Мелли. А потому сделала собственный выбор, наверняка причинивший боль им обоим – ей и Лейдульву. И, поскольку они дали жизнь детям, то, значит, стали близки, как супруги.

Так почему же она предпочла расставание?

«Не моё дело, – сказала себе Мелисса. – И сомневаюсь, что Ясноокая решит, будто я лучше других подхожу Арнульву. А, получив её ответ, он успокоится и перестанет меня преследовать. Я просто новенькая здесь, непохожа на местных, вот он мною и заинтересовался. Но долго это не продлится».

Так, успокаивая себя, Мелли переоделась, сменив намокшее после игры в снежки платье Руни на своё. Приближалось время обеда, наверное, следовало бы спуститься в трапезную, но она медлила, не зная, сможет ли взглянуть на Арнульва без смущения.

Не выдать бы себя! Может быть, для них поцелуи в снегу – самое обычное явление, а для неё всё иначе... Хотя едва ли. Он смотрел на неё так, словно и для него такое впервые. Неужели и сам Арнульв никого раньше не целовал?..

К щекам прилила кровь, стоило лишь оживить в памяти прикосновения его губ. Надо же было так рисковать! Ещё бы чуть-чуть, и Руни с братом увидели бы их!

Но, может быть, именно этот риск, осознание того, что они делают что-то запретное, и добавили их поцелую сладости и нежности, похожей на тающие на губах снежинки.

«Он становится мне дорог, – поняла Мелисса с пугающей её саму уверенностью. – Я буду скучать по нему. Я буду... О, Великая Богиня, что же мне теперь делать?! С ним и с собой...»

Сердце колотилось так сильно, что звенело в ушах, но неожиданный стук в дверь оказался громче. Мелли протянула руку к дверной ручке.

Отчего-то вдруг показалось, что к ней пожаловали с дурными новостями.

Но предчувствие обмануло. За дверью стояла одна из служанок. Она пришла напомнить о том, что пора обедать.

Поблагодарив, Мелисса оправила одежду и волосы и через несколько минут уже спускалась в трапезную. Мысль о новой встрече с Арнульвом одновременно радовала и пугала. Но ещё больше она беспокоилась, что кто-нибудь может догадаться о том, что между ними происходит.