Танец с ректором. Тайны магической академии

Застыла, не поверив. Улыбка медленно сползла на нет, из глаз исчез восторженный блеск, а сидящая по ту сторону стола Каррин вдруг начала тихо хохотать.

Я не поверила. Зажмурилась, вгляделась снова. Мотнула головой, быстро моргнула пару раз, вгляделась ещё раз.

Быть не может!

– Нет, – простонала, всё ещё не веря.

Каррин смеялась, уже не таясь.

А из снежного сияния сурово и безразлично на меня смотрел лорд Ренар Армейд!

Это точно какая-то ошибка. Такой масштабной подставы просто не может быть!

Руки дрогнули.

Цветок, только этого и ждавший, рассыпался легонько покалывающей морозной пылью, тут же поднявшейся прохладным облачком и скользнувшей к моему запястью.

– Нет! – это был машинальный импульс, неконтролируемый порыв, нежелание соглашаться на такую несправедливую глупость.

Я дёрнулась всем телом, стремясь отстраниться. Не удержалась на стуле и упала на бок, больно приложившись локтем об пол, но это ровным счётом ничего не изменило. Сияние рассыпавшегося цветка, словно не заметив моего сопротивления, окутало руку и истаяло, оставив после себя не стирающийся и никакими судьбами не убирающийся рисунок на тонкой коже – россыпь нежно фиолетовых цветочков сирени с редко проглядывающими сквозь них веточками, соединяющимися в нарисованный браслет.

Ошеломляющим было осознание: прямо в этот миг с ощутимым, привлекающим внимание покалыванием на руке лорда Армейда появился точно такой же рисунок. Они вообще всегда уникальные, одни на пару, чтобы можно было легко отыскать своего избранника.

Ну, девушкам легко, мы хоть лица видели. А вот мужчинам ходить и проверять руки всех подряд женщин на континенте – то ещё развлечение. Чаще всего они сами никого и не искали, этим девочки занимались.

Сидя на полу в своей комнате и не находя в себе сил отвести взгляд от рисунка, я со всей серьёзностью осознавала: хорг я Армейда на танец позову. Ни за что. Даже под угрозой жизни. Нет.

– Лия, – соседка тоже на пол опустилась, подползла ближе, села рядом и заговорила растерянно, пытаясь успокоить, – да ладно тебе, это же просто глупое развлечение. Никто не заставляет тебя после танца выходить за него замуж.

Кто-то взвыл. Я!

Моему горестному вою вторил другой – потусторонний, откровенно издевающийся. Впрочем, насмехался Каспиан недолго, влетел в комнату традиционно через стену, но полетел не к нам, а почему-то к окну.