Последняя Императрица

Можно считать что у нас будут очки за магию и фехтование, но есть еще стрельба, рукопашный бой, метание ножей, соревнование по научным дисциплинам и конкурс между капитанами, и если честно я сомневаюсь что наша староста одержит победу в последнем, особенно если ей придется танцевать с капитаном имперцев.

Она права — поддержал меня Эдвард — Имперская академия редко проигрывает Игры, повезет если Императрица обратит внимание на кого-то не из этих снобов.

Говоришь так будто тебе нужно ее внимание — усмехнулась я.

Да нет, твоего вполне достаточно — Екатерина смущенно улыбнулась ему, вспоминая наш договор.

Но я уверенна в твоей победе — улыбнулась я Кристиану и взяла его за руку. Его ладонь была холодной и успокаивающей, я чувствовала его мягкую ману, дрейфующую по венам и находила в ней частицы спокойствия. Это прикосновение словно могло передать мне его умиротворенность и мне потребовалось много усилий чтобы игнорировать причину этого моего поступка. Кристиан недоуменно нахмурился, вспоминая вчерашнюю перепалку, но руки не отдернул.

Он понимал что это не жест нахлынувшей нежности и словно услышав мою безмолвную просьбу не поинтересовался причиной.

Я сделала Кристиана единственным кто мог свободно меня касаться, сделала его еще ближе. Я бессовестно использовала его, стараясь уменьшить боль, которую мне предстоит завтра испытать. Повезло что совесть никогда не была отличительной чертой Люциферов.

Я тоже уверена! И в твоей тоже — Екатерина с ухмылкой указала на меня пальцем — хоть Эдвард тоже участвует в фехтовании, но победа будет за тобой

Как бы это ни было прискорбно — обреченно вздохнул Эдвард.

Хватит там стоять, мы уже заходим! — окликнул нас Николас. Я даже не заметила как мы дошли до академии.

Она осталась точно такой как я помнила. Второе по высоте после дворца здание возвышалось перед нами серой громадиной. Пять этажей камня выделялись на фоне красочной Столицы, но при этом не выглядели безжизненным пятном.

Синяя крыша и витражные окна разбавляли серый цвет, сочетаясь с зеленью плюща, которым увит фасад.

В окнах виднелось хаотичное движение учеников, как столичных так и только что прибывших, добавляя оживленности в картину. Прекрасное место, которое долгое время было для меня привычнее чем дворец, сейчас разрывало мою душу на части, заставляя чуть ли не задыхаться от ужаса. Идти на собственную казнь было бы для меня легче чем войти в его обитель.