Последняя Императрица

За свистом ветра было сложно что-то услышать, так что Кристиан скорее почувствовал движение, с удивлением обнаружив что присутствие мнимого наблюдателя пропало вовсе. Справа от тропинки было повалено, давно сгнившее дерево, обросшее плотным слоем мха. Оссхаерт пару секунд вглядывался в это место, пока на дерево не запрыгнула лиса. Животное напоминало здешних обитателей, но не относилось к ним.

- Что ты здесь делаешь, Тень? — нахмурившись спросил Кристиан у животного. Судя по всему у него развилась привычка говорить с теми, кто не отвечает.

С появлением лисы в душу Кристиана начали забираться подозрения. Он вспомнил об опасениях Екатерины, на счет того что Кира стоит за проблемами Империи, и начал задумываться, а не она ли стоит за нападениями демонических зверей. Именно бывшая Императрица не желала, чтобы он останавливал чудовищ, но при этом не объяснила причин. Еще в особенно плохие дни Кристиан ощущал от нее такую же темную энергию. Раньше Люциферы ежегодно устраивали охоту на зверей, но Кира ни разу такого не организовывала.

Возможно именно из-за этого их стало слишком много и они начали сбиваться в стаи.

- Она хочет чтобы мы шли за ней — тихо сказал Клод, отвлекая Императора от неприятных размышлений. Он внимательно следил за лисой, что уже спрыгнула с бревна и виляла своим хвостом. Тень смотрела только на Кристиана, побуждая его следовать за собой. Император колебался, он не верил Кире, а Тень принадлежала именно ей, но так же она была связана с Амандой.

Каждый раз обдумывая это, Кристиан приходил к выводу что лиса помогала ему из-за его связи с Амандой в прошлом. Это было единственной причиной которую он находил.

- Значит мы так и сделаем — отрезал Император и повел лошадь вслед за удаляющейся лисой.

Мимо пролетали ветви голубых елей, над головой смыкались сосны, а в ушах свистел ветер. Чем ближе к горизонту опускалось солнце, тем яснее становилось небо, открывая зрению россыпь звезд. Кристиан всего на секунду поднял взгляд, вспоминая ночи проведенные на крыше академии вместе с Амандой.

Картины на крыше были особенно мутными по сравнению с другими воспоминаниями, что являлись ему во снах, но они были особо прекрасны. Их сопровождала тишина и покой, после них Кристиан всегда просыпался менее нервным и подолгу вглядывался в небо, независимо от времени суток. Пару раз Эдвард подшутил, что он так задумчив из-за того что влюбился, и Кристиан с раздражением понимал, что не может поспорить.