Когда впервые видишь так близко...

И я готова ее прожить с народами Вечных Лесов Ласгалена и под руководством Вашего Величества, Владыка."

Глаза Короля округляются и его лицо озаряет широкая, светлая, искренняя улыбка. Все еще улыбаясь он опускает глаза.

"Арантиэль..."

"Да, Владыка?"

"Солнце еще не село..."

Я прекрасно поняла, что значат его слова. И, все же, устало вздохнув, склоняю голову:

"Разве это так важно для Вашего Величества?"

Трандуил отводит взгляд и вздыхает. Я его расстроила. Но мысль о том, что он, возможно, испытывает ко мне не только платонический интерес, вызывает тепло, постепенно растекающееся внутри.

Король поднимается и протягивает мне ладонь.

"Идем. У тебя совсем холодные руки."

Растерянно смотрю на него. Я, ведь, не чувствую, что замерзла. И его тепло, пока он держал меня за руки, тоже не чувствую. От осознания этого становится немного жутко.

"Но мне не холодно... Это странно."

"Это плохо, Арантиэль."

Он помогает мне подняться, и обхватывает за талию, чтобы я не упала. Мне надо поесть, срочно. Надо набираться сил, а то еще, не дай Эру, начну в ванной всплывать.

Даже ноги я переставляю с огромным трудом. Досадно.

"Где сейчас леди Галадриэль?"

Король смотрит на меня несколько странно. Настороженно и взволнованно, я бы сказала.

"Она с Владыкой Келеборном."

"Келеборн здесь? Почему мне никто не сказал об этом?"

"Все были несколько заняты. Мы с ним разрабатывали стратегию, чтобы отогнать орков от наших границ, пока Галадриэль старалась помочь тебе." - он отводит полный боли взгляд.

Делаю вид, будто не обращаю внимания на то, что он беспокоится обо мне.

Потому, что мне тоже больно. До сих пор. Те его слова по сей миг саднят душу. Но я не желаю говорить об этом никому - не Трандуилу, не Галадриэль, не Леголасу, не кому-либо вообще. Я должна самостоятельно пережить это. Переварить, если так можно выразиться. Но в следующий раз, если Трандуил... Нет. Следующего раза не будет. Я просто уйду в вечность, в чертоги Мандоса, усну вечным сном. Если мне так больно сейчас, то после я подобного не переживу.

Ни с того, ни с сего, нога подворачивается и я оступаюсь. Трандуил молниеносным движением подхватывает меня, возвращает в устойчивое положение, но не убирает руку. Удивленно смотрю на него. Мы стоим, застывшие, уставившись друг на друга округлившимися глазами. Это длится всего секунду, но кажется, что проходит вечность. Не понимаю, от чего он замер, но в следующий миг оказываюсь крепко прижатой к груди Его Величества. Глаза у меня стали, как блюдца.