Мой нелюбимый лорд

Чувствуя, как надо мной нависает тень выгорня, я попыталась встать. Локти и колени разъезжались на скользких листьях. Не удержавшись, я завалилась набок – и невольно взгляд метнулся вверх. Туда, где надо мной склонялось лицо пустого – с налипшими на лицо и бороду комками сухой грязи, с белыми яблоками пустых глаз...

«Они не знают, что делают... - билась в моем сознании мучительная мысль. – Они даже не понимают, что делают!»

Талисманы!

Я помнила, что в потайных карманах платья у меня спрятаны талисманы, которые могли бы помочь обездвижить выгорней или даже усыпить.

Спасение – вот оно, совсем рядом, оно со мной, но – боги, мне не дотянуться!

Если бы мои руки не были связаны, думала я, делая отчаянную попытку встать.

Но когда мне уже удалось подняться на колени, большие руки схватили меня за плечи и опрокинули обратно. Запах сухой листвы – запах сырости и земли, - окутал меня лишь на несколько мгновений, а на смену ему пришли другие.

Меня обволокло тяжелым смрадом – не вдохнуть. Тело сковало от навалившейся тяжести – не пошевелиться.

Страх сковал внутренности – не закричать.

Отвращение. Отчаяние. Ужас.

«Лучше бы я умерла десять лет назад...» - подумала я, чувствуя, как глаза заволокло горячими слезами.

- Лучше бы умерла, - тихо, так что даже я едва слышала себя, прошептали мои собственные губы.

Тогда бы я не осталась одна. И меня бы не постигла такая страшная, жуткая... немыслимая участь...

«Будь ты проклят, Райан Кингсворд, - подумала я на пороге беспамятства, готовая потерять сознание от ужаса.

– Будь ты проклят, что не убил меня в тот день, когда убил всю мою семью. Это все твоя вина!»

Но потерять сознание мне было не суждено.

С оглушающим звоном разлетелись в дребезги окна часовни.

Миг – и я почувствовала, что больше не задыхаюсь от невыносимого смрада – о боги, я снова могла дышать! А тяжесть чужого тела не давила на меня, не вминала в пол.

Тяжело дыша, я попыталась приподняться, а когда мне удалось наконец принять сидячее положение, скорее, почувствовала, чем увидела, что над моей головой нависает что-то большое.

Непроизвольно подняв глаза, я обомлела от представшего зрелища.

Огромная огненная лапа – длинные пальцы, острые когти – схватив за горло молодого выгорня, подняла его в воздух и душила. Выгорень хрипел и судорожно дергал ногами. Его отец, старик-выгорень, стоял в нескольких шагах и смотрел на происходящее пустыми белыми глазами. Кажется, он даже не понимал, что его сыну грозит гибель.

Опустив глаза, старик повернулся ко мне.