Её чудовище

Я слышала, как подволакивает ногу ее мать, смогла увидеть, запрокинув голову, как в перевернутом мире дама Ариш… вернее, то, что от нее осталось, расторопно поднявшись с пола, спешит к нам, желая приобщиться к трапезе. Край платья во время ее маневров задрался и зацепился за обломок кости перебитой правой ноги.

Жалобное и жалкое, сдавленное хныканье вырвалось из груди помимо моей воли. Мне никогда еще не было так страшно и так больно. Мисси жадно вгрызалась в мою руку, глубже вгоняя острые зубы в плоть, на грудь закапала кровь, быстро расцветая на влажной ткани блузы уродливыми красными цветами.

Мисси навалилась сильнее, привстала, упираясь ногами в пол по обеим сторонам от моих бедер. Увлеченная терзанием моей руки, она больше не прижимала меня к полу, это была ее непоправимая ошибка.

Я не медлила, у меня не было времени на осторожность – быстро согнув левую ногу, я уткнулась коленом во впалый, неожиданно твердый живот умертвия и толкнула что было сил.

По ощущениям, отлетая в сторону, на прощание Мисси вырвала из меня кусок мяса.

Хрипло охнув, я не стала смотреть на рану, с трудом перекатилась на бок, потом на живот и непозволительно медленно поднялась. И тут же чуть было не упала обратно, с трудом удержавшись на ногах. Мир утратил былую четкость, но я все еще была его частью.

Дама Ариш протестующе захрипела, Мисси проворно подскочила с пола и уже готовилась броситься.

Любое промедление было для меня убийственным. И я не медлила.

С разбегу налетев на входную дверь, просто не сумев вовремя притормозить, на одно короткое мгновение я утонула в панике, представив, что она заперта.

Мисси недовольно зарычала, я слышала, как она сорвалась с места, дама Ариш продолжала подволакивать ногу, не отрывая от меня взгляда мертвых глаз.

Заперта дверь не была.

На улице все еще шел дождь. Тугие струи врезались в лужи, забавно вздуваясь пузырями и разбрасывая брызги в разные стороны. И я бежала по этим лужам, думая сразу обо всем.

О том, что меня могут не пустить к командору, о том, что меня могут не захотеть выслушать, отправят к штатному целителю и потеряют драгоценные минуты.

О том, что дверь в дом семьи Аришей все так же не заперта.

О том, что Улиса непременно будет ругаться.

Рану саднило.

Лишь бы об этом не узнал Барон…

Дождь заливал глаза, я не видела перед собой ничего, кроме луж, по которым бежала. И когда с разбегу врезалась в кого-то, не сразу поняла всю непоправимую трагичность ситуации.