Как приручить монстра

К голове приливает кровь, все тело начинает ломить от напряжения, но Хидео этого не замечает. Его затуманенный похотью взгляд блуждает по моей шее. Не в силах себя больше сдерживать, он, рыча, вцепляется зубами в белую кожу, оставляя на ней следы своего насилия.

Тот звук, что вырвался из моего горла, трудно было назвать криком. Скорее то была мольба о помощи, вперемешку с животным страхом смерти. Одзаки резко отстранился от меня, утер рот тыльной стороной ладони, и удивленно уставился на кровавый след.

— П...

прости меня, Минами. Я не хотел...

Я срываюсь с места, и запираюсь в кабинке туалета. Страх, что он снова набросится на меня не покинул даже тогда, когда задвинул щеколду замка. Нужно позвать на помощь! Руки дрожали так, что я с трудом мог держаться за ручку двери, что бы не упасть. Глаза застилает пелена слез, я пытаюсь успокоиться, глубоко дыша, но ничего не получается. Одзаки Хидео — монстр! Его нужно держать в клетке!

***

Перекись водорода шипит и пенится на моей ране, сворачивая кровь в бурые пятна.

Минами хлопочет надо мной, покрывая голову Одзаки проклятьями. Я невольно улыбаюсь сквозь слезы: недавно я сам так отчаянно заботился о ней.

— Это же надо быть таким идиотом, — возмущенный до глубины души голос сестры приводит меня в чувство. Я вырываюсь из болезненных воспоминаний, окидывая туманным взглядом кухню. Рана на шее отдает тупой болью в челюсть. — Нужно заявить на него в полицию.

— Единственное, чего не хватает в этой ситуации — копов, — саркастично замечаю я, за что получаю болезненный тычок под ребра от Минами.

— Ай, давай еще и ты наставь синяков — мало мне.

Сестра сконфужено извиняется, хотя я не держал на нее зла. Вся моя ненависть была направлена исключительно на Хидео.

— Ну напишешь ты заявление, дальше что? Адвокаты багатенького папаши Одзаки сотрут нас в порошок, не успеем и «мяу» сказать. — Чем больше я рассуждал, тем сильнее внутри меня бурлила злость от несправедливости этого мира. — Тем более, что нам не по карману судебные расходы.

— Значит надо действовать по-другому, — зловеще сказала сестра. Что-то в ее голосе меня напрягло. Я представил, как в голове у нее кровавый план мести, настолько жестокий, что вся манга в жанре гуро** нервно курила в сторонке.

— Как? — с опаской спросил я, хотя ответа боялся.

— Влюбим его в тебя, а потом уничтожим.

— Ой, да ну тебя нафиг!

От сердца отлегло, но только на мгновение: взглянув в полные безумия глаза Минами я понял, что она не шутила.