Ты дышишь солнцем

В лодочках перевозили не только первокурсников, но и всех новичков. В связи с войной таковых было много. Гриндевальд не совался в Англию, поэтому сюда отсылали свои семьи его противники. А детям нужно где-то учиться.

Было пасмурно, Натали искренне понадеялась, что они успеют добраться до замка в этих утлых лодчонках до начала дождя. Первокурсники садились в лодки по четверо, дети постарше занимали одну лодку на двоих. Натали помог какой-то парень, он же и сел рядом. Пара минут — и перед ними предстал темный силуэт Хогвартса.

У Натали дух перехватило от восторга. Даже издалека он казался абсолютно волшебным.

В коридоре их встречал Дамблдор. Натали легко догадалась из-за яркой мантии. Тони ей говорил, что профессор трансфигурации особенно экстравагантен в одежде. В школе судачили, что мантии ему шьет бабушка. Такая абстрактная сердобольная старушка старой закалки. Раньше считали, что яркая одежда увеличивает силу мага, поэтому мантии в горошек и цветочек не были редкостью. Сейчас же они смотрелись слишком странно, ведь мода магловского мира прочно вошла в магический.

Учеников вызывали по старшинству и алфавиту. Совершеннолетние беглецы обычно не продолжали обучение, поэтому Натали услышала свое имя уже через пару минут. А потом весь зал замер, ведь девушка просидела в шляпе почти десять минут. Натали хотела к брату. Шляпа убеждала девушку, что той будет комфортнее на Гриффиндоре или Хаффлпаффе. В итоге, затянувшуюся тишину все же нарушил несколько недовольный голос шляпы:

— Слизерин!

Пока Натали радостно шла к столу Слизерина, Том тихо сказал Тони:

— Зря твоя сестра поступила к нам.

— Почему? — нахмурился Тони.

— А сам не понимаешь? — удивился Том. — Ты посмотри на нее. Видишь ее в наших подземельях?

Тони обернулся к счастливой сестре. Том, как всегда, прав. Улыбчивой Натали больше подошла бы солнечная башня львов или теплые комнаты барсуков... Но он все же не мог не радоваться, что его любимая сестренка будет под постоянным присмотром.

Натали действительно поселили к Друэлле.

У Слизерина комнаты были рассчитаны на двоих. Когда-то Салазар настоял на такой сомнительной роскоши, потому что его змейки, без сомнения, индивидуалисты и им тяжело уживаться с людьми. Одного соседа более чем достаточно.

Между двух кроватей было подводное окно от пола и до потолка. Натали с недоверием прикоснулась к стеклу. Она будто на Наутилусе. Все стены в комнате были увешаны красивейшими гобеленами с незнакомыми сюжетами, а пол застилал пушистый ковер.