Дракон, осторожней с любовью!

Но даже в самой высокой точке полёта жертвы хорошо видели преследователей с поверхности и старались получше спрятаться. Поэтому гордым хозяевам горных вершин приходилось немного хитрить и сбивать своими действиями возможную добычу с толку.

Зигзаги, которые Рог’И чертил в небе, затрудняли понимание направлений его последующих движений. И вообще, такие действия помогали выпасть из поля зрения неразумных обитателей горных и речных долин, заставляя их «думать», что дракон летит от них, а не к ним.

Усыпление бдительности помогало осторожно (какое ужасное, однако, слово!) подкрасться к жертве, атаковать с неожиданной стороны и поджарить в парах выдыхаемого изопрена.

При смешивании с воздухом летучая жидкость рождала то самое «вечное пламя», которым славились драконы. Вылетала она из пасти, произведённая особой железой, и со стороны казалось, что огонь живёт прямо внутри дракона.

Сами Властители Неба не обманывались, но, находясь в поэтическом настроении, любили сравнивать себя с живыми звёздами или вулканами.

Трудно ведь было вдохновиться образом плюющейся крылатой ящерицы, одно из выделений которой загорается на воздухе. Обладая разумом и чувством вкуса, драконы замещали грубый натурализм описания чуть более достойными выражениями.

Приятно думать, что огонь живёт прямо в тебе. Высокая температура тела, превосходящая по уровню температуру многих ящеров, даже тех, что были теплокровными, рождала образ жара, рвущегося изнутри. Мало кого интересовала правда о том, что жар производила железа, окончательно формировавшаяся к подростковому возрасту, в период выхода на Первую Охоту.

***

Время шло, но наблюдения с небес не дарили надежд на скорый успех охоты. Рог’И тщетно искал внизу признаки добычи, видя лишь полустёртые следы довольно давно прошедших здесь травоядных. Следы шли вереницей, даже камни гор не всегда могли их оборвать.

Трицератопсы были сравнительно невелики, не более семи метров в длину каждый. Тем не менее масса около десятка тонн, при всей низкой гравитации планеты и малом весе рогатых созданий, не мешал им сметать небольшие преграды со своего пути.

Разбросанные камни, валявшиеся вдоль протоптанных троп, явно указывали направление переходов возможной добычи охотника.

С сожалением Рог’И вынужден был констатировать, что будущая еда его сына, следы которой он видел, передвигалась по отчим владениям уже давно и также давно покинула эти владения.