Алексис Бронте: Тайны королевского рода

В лесу стояла смертная тишина, которую нарушало только мне слышное собственное сердцебиение, пульсирующее по всему телу подобно игре барабанщика на ударных музыкальных инструментах.

С такой же неуверенностью поднося руку к висевшему на стене миниатюрному звонку, я ждала не меньше пяти минут, пока кто-нибудь откроет дверь, но она так и оставалось плотно запертой, без единого намека на то, что ее вообще хоть когда-нибудь открывали.

Переборов все сомнения и страхи я повернула дверную ручку, после чего дверь со скрипом открылась, погружая меня в полумрак поместья Олифардов.

— Здесь кто-нибудь есть? — крикнула я в темноту не очень-то уверенно.

Пару секунду я так и осталась стоять в полной тишине, доводящей до ужаса, пока из дальнего конца комнаты не донесся еле слышный отцовский голос.

— Алексис, — пролепетал папа, с распростертыми объятьями подбежав ко мне. — Мы так переживали.

— Девочка моя, — со слезами проговорила мама, крепко-крепко обняв меня.

В таких жарких объятиях мы просидели не меньше получаса, пока я не нарушила затянувшееся молчание.

— Грэхема обратили, — проговорила я, утирая слезы. — Теперь он вампир.Родители переглянулись с неимоверной грустью, после чего продолжили.

— Оно даже и к лучшему, — сказал папа, ведя меня к камину, чтобы развести костер и как следует согреться.

— Он был ангелом, а теперь — вампир, — напомнила я в недоумении. — Что в этом хорошего?

— Видишь ли, солнышко, — начала мама, — так как Грэхем — ангел ему строго-настрого запрещено иметь какую-либо связь с женщиной.

За нарушение установленных правил Бог дает каждому определенный срок, чтобы исправить свою ошибку. Но выбор очень жесток. Чтобы остаться ангелом и продолжать служить Всевышнему, он должен убить своего ребенка, в данном случае, Лиама Олифарда.

— Но если ты этого не сделаешь, — подхватил разговор папа, подкидывая дрова в костер, — тебя закроют на веки вечные в темницу Ада, где твое тело сгорает и превращается в пепел.

— А как же ты, папа? — в ужасе проговорила я. — Неужели тебя тоже запрут в Аду?

— Нет, — спокойно, но все же встревожено ответила он.

— Джек погиб в бою, тем самым освободив меня от наказания.

— И стал моим ангелом-хранителем, — закончила я.

— Да, — отец кивнул, нервно проведя рукой по темно-коричневой копне волос. — С ним ты всегда будешь в безопасности.

Мама приготовила чай, пока я рассказывала все то, что происходило со мной со времени ухода из замка.

— Лиам не предатель, — возразил отец. — Он просто связан с Люцифером клятвой.