Алексис Бронте: Тайны королевского рода

— Я люблю Джеймса Бронте! — только и успела крикнуть я, прежде чем Люцифер воткнул в мое сердце острое лезвие.

— Ты всегда будешь принадлежать мне, — услышала я шепот Люцифера, прежде чем закрыть глаза и погрузиться в темноту на ближайший сотни лет. — Увидимся в следующей жизни, Хелен.

13. Смертный приговор

Все ангелы живут на небе, но нужно лишь внимательно осмотреться, а вдруг какой-нибудь из этих ангелов отрёкся от небес ради Тебя…

Лос-Ан­дже­лес, 1645г.

Я ле­жала в ко­лось­ях пше­ницы под рас­ка­лён­ным лет­ним сол­нцем, свя­то ве­ря в то, что здесь ме­ня ник­то не по­бес­по­ко­ит.

Ба­буш­ка как всег­да бы­ла не­имо­вер­но ув­ле­чена ведь­мов­ски­ми зель­ями и зак­ли­нани­ями, тем вре­менем, как ма­ма при­каза­ла мне со­бирать уро­жай. С хлоп­ком я раз­де­лалась ещё вче­ра, а вот с пше­ницей де­ла об­сто­яли пло­хо. Из-за нес­носной жа­ры у ме­ня со­вер­шенно не бы­ло сил что-ли­бо де­лать, пот сте­кал по те­лу, как во­допад по из­ви­лис­тым го­рам. Я зна­ла, что за своё без­делье и лень по­лучу по зас­лу­гам, но я бы пос­мотре­ла, как ма­ма по та­кой жа­ре со­бира­ла уро­жай, са­ма-то вот до­ма си­дит, в те­ни, обед го­товит.

На са­мом де­ле, ле­жала я в пше­нице не прос­то, что­бы спря­тать­ся от не­уго­мон­ной свар­ли­вой ма­тери, а что­бы по­раз­мыслить о чем-ни­будь или по­наб­лю­дать за со­седя­ми. Ин­дей­цы — од­ни из люд­ских оби­тате­лей на этой зем­ле бы­ли так на­пуга­ны, ус­лы­шав о дь­яволь­ских кол­ду­нах, оби­та­ющих на на­шей тер­ри­тории, что пе­ремес­ти­ли свои по­селе­ния как мож­но даль­ше от нас.

— За­чем вы рас­ска­зали та­кие ужас­ные ве­щи про нас? — спро­сила я как-то раз ма­му.

— Те­перь со мной ник­то не об­ща­ет­ся. Все пе­ресе­лились за де­сять ки­ломет­ров от на­шего по­селе­ния.

— Так бу­дет луч­ше, — лишь от­ве­чала она. — Лю­дям ни к че­му знать о нас.

— Но что в этом пло­хо?

— Хо­чу те­бе на­пом­нить, Хе­лен, что весь мир по­мешан на сжи­гание ведьм и лю­дей, так или ина­че ув­ле­чён­ных в кол­довс­тве, — ма­ма вновь на­мор­щи­ла нос, от­че­го ста­ла ка­зать­ся на нес­коль­ко лет стар­ше.

— Ин­дей­цы знать не зна­ют, что мы ведь­мы, — воз­ра­зила я. — Они сбе­жали сю­да, что­бы скрыть­ся от лю­дей, счи­та­ющих, что ин­дей­цы то­же при­час­тны к кол­довс­тву.

— Для нас так бу­дет луч­ше, — уве­рен­но пов­то­рила ма­ма, не же­лая слу­шать ме­ня.

— И что те­перь? — крик­ну­ла я ей вслед. — Кто мы те­перь для них?

— Прок­ля­тые.