Избранная ⅠⅠ. Знамение

– Дерек, в Алиуме наступило тяжелое время, вокруг творится неладное, люди пропадают. Убивают охотников…

– Полукровок, – перебил, зная к чему он клонит. Неужели его действительно волнует мой круг общения. Или он все же хочет, чтобы я оборвал все связи и уехал в Примум под его тотальный контроль.

– Верно. А твои друзья… Среди них есть полукровки.

– Беллатриса наполовину фэйри.

– Хорошо, возможно ей и не угрожает опасность, но вот Анна… – Резко подскочил с места. Да как он смел вообще хоть что-то про нее говорить.

Когда отец узнал, что я сблизился с девушкой, которая всю жизнь прожила как ординар, он перестал со мной общаться. Подошел вплотную к папе, уже давно не пугали ни его внушающие размеры, ни положение среди знати Примума.

Меня переполняла ярость, он ничего не знал ни об Анне, ни обо мне, но взял на себя смелость говорить о наших взаимоотношениях так, словно жил рядом и принимал хоть какое-то участие в моей жизни.

– Ты не имеешь права даже произносить ее имя.

Ты ничего не знаешь о ней, – я угрожающе ткнул пальцем в широкую грудь, и меня ничуть не смущали последствия подобного поступка.

– Сынок, ты не понимаешь, как все может обернуться для тебя, если вы продолжите общаться. Она может навлечь на тебя беду.

– Не делай вид, будто тебя волнует, что со мной может что-то случиться. – я начал повышать голос. Однозначно, приезжать сюда было плохой идеей.

– Подумай о своей безопасности, если вы будете вместе…

– Ты сошел с ума! – Я крикнул не в силах больше терпеть этот ровный назидательный тон.

– Возможно, но если ее убьют…

– ОНА. НЕ. ПОЛУКРОВКА. – Делал ударение на каждом слове. Мне хотелось взять что-нибудь тяжелое и как следует въехать ему по физиономии.

Этот человек никогда не думал ни о ком, кроме себя одного. А сейчас он пытался отговорить меня от мыслей связать свою судьбу с самым чистым и светлым лучиком надежды, который был в моей жизни.

– Но…

– Не желаю ничего больше слушать, – уже спокойным тоном ответил я, поправляя волосы.

Я должен был догадаться, что разговор перейдет в это русло. Только сейчас обратил внимание на старушку, про которую совсем забыл в порыве ярости. Она выглядела ошеломленной и испуганной, – прошу прощения за инцидент.

Удалился из комнаты с невозмутимым видом, оставив отца стоять с каменной физиономией и вновь сожалеть о том, что у него есть всего лишь один сын и то неугодный.