Пробный образец

Небось журналист?

– В корень зрите, отец. Так будет молоко или нет?

– Будет. И картошка будет. Хлеб, извини, сам не пеку, в магазине беру.

– Я ни от чего не отказываюсь. Может, вам помочь? – спросил я, наблюдая за тем, как старик, чуть подпрыгивая на здоровой ноге, двигается по комнате.

– Помоги. Вон в сенях ведро стоит, воды принеси, а я пока на стол накрою.

«Все-таки есть во мне харизма, – хвалил я сам себя, набирая воду из колодца, расположенного недалеко от дома, – старик вроде как подобрел и уже не смотрит на меня сурово».

При этом я старался не вспоминать про девочку, на которую мое обаяние не подействовало и которую я для собственного успокоения записал в призраки. К сожалению, чем больше стараешься что-то забыть, тем упорнее оно лезет в голову…

Старик действительно накрыл на стол и ждал меня, сидя на высоком табурете, окрашенном, как дверь, в синий цвет.

– Пить будешь? – сурово вопросил он. Я кивнул, продолжая разыгрывать из себя дурачка:

– Чай? Конечно. Мне три ложки сахара, если можно.

Усмехнувшись, старик поставил на стол бутылку, судя по мутноватому цвету содержимого, самогонки.

– Какой чай интересный, – протянул я, – небось местного разлива?

– А то, – усмехнулся в бороду старик. – Хватит ерничать, давай, ешь.

Иногда простая деревенская еда – именно то, что нужно, чтобы завершить долгий день. Я не заметил, как проглотил целую тарелку картошки, огромный кусок вареной курицы, закусывая все это свежими хрустящими огурчиками. Старик усмехался, наблюдая за тем, как я все это поглощаю, и лишь когда мы допили бутылку, одобрительно произнес:

– Хорошо ешь, с аппетитом.

Интересно, откуда он все-таки узнал, что я журналист? У меня это что, на лбу большими буквами написано?

– Да надоели вам уже мои коллеги поди… – протянул я, поглядывая в окно, где, судя по посеревшему небу, наступали сумерки.

– Ничего. Бог терпел и нам велел.

– Говорят… пишут (поправил я сам себя), что недалеко от деревни по ночам над лесом свечение появляется. Вы, Иван Лукич, сами-то его видели?

– Видел пару раз. В тому году, да этой весной, когда еще снег на полях лежал. Так ты ради света этого сюда приехал?

– Ради него, – согласился я, глядя на старика.

– А я думал, из-за убийств… – разочарованно произнес старик.