Дикая магия. Проклятье "Черного тюльпана" – 2

В этот раз прозрачная физиономия господина Вортингтона из рамы не выпрыгнула, так что жаловаться мне приходилось основательнице Академии.

Она-то могла меня понять – сама влюбилась в неподходящего парня. Тоже скверного и мрачного. И вот, что из этого вышло.

Я перевела взгляд на полотно с изображением давней битвы. Война. Сотни погибших Высших магов, падение Великих даров… Все могло обернуться гораздо худшей бедой, если бы Аврора его не остановила. Интересно, как графине это удалось, если Августус, по признаниям очевидцев, был намного могущественнее всех прочих?

Наверняка она знала какой-то секретный приемчик против Мрачных Чудищ.

Я бы с радостью его позаимствовала…

По плечу с шелковистым треском мазнула ткань пиджака, и слева от меня материализовалась знакомая темная личность. Я скользнула глазами по статной фигуре. Хотя нет, с этим парнем мы никогда не встречались. Я бы запомнила.

На меня смотрел незнакомый благоухающий франт, в темно-сером – да неужели! – двубортном пиджаке, наделенном каким-то фантастическим лоском.

Мои глаза изумленно уперлись в крепкую шею: на ней был повязан галстук! Самый настоящий, с атласным глянцем, смолисто-черным ручьем стекавший по рубашке.

А еще запах – чужой, но невыносимо соблазнительный. Какой-то свежий, солено-морской, с легкими древесными нотами. Дорогой парфюм смешивался с привычной полынью так вкусно, что я отпрянула в сторону на полшага, чтобы хоть немного выбраться из зоны мгновенного поражения.

Ох, Аврора. Ну ты меня понимаешь, да?

– Набрасываете план побега? – негромко, но садистски бархатисто поинтересовался Демон.

Пятница ведь, точно. Перенесенное дополнительное занятие.

– Зачем же побега… У меня еще два часа, чтобы придумать уважительную причину для прогула, – задумалась я, и вдруг поняла, что сказала это вслух.

С притягательным ароматом надо было что-то делать, в ядовитом облаке я ничего не соображала! Еще полшага в сторону. Так полегче.

– Не напрягайтесь. Как раз хотел сообщить вам, что я сегодня, в некотором смысле, занят.

Мне не надо было смотреть на Карпова, чтобы распознать в его словах язвительную ухмылку.

Занят он, ага. В некотором смысле. Внутри зарокотал ревнивый зверь. Окатив профессора льдом из глаз – раз уж вчера из ушата не получилось, – я холодно ответила:

– Благодарю, что потрудились сообщить лично.

Сохранять равнодушный вид было трудно, и на это уходила вся энергия. Перед глазами вместо картины стоял огромный шоколадный торт, как единственное средство от подступающей депрессии.