Аптека для нелюдей

Ингредиенты почти закончились, и снова идти на кладбище, чтобы добывать у зомби полусгнившую плоть и кости, ему не хотелось.

Три раза помешать по часовой стрелке, убавить огонь до минимума и высыпать стертые в порошок ногти мертвеца. Тмор дождался, пока зелье перестанет бурлить и побуреет до неприятного болотного цвета, и аккуратно снял его с подставки. Перевернул песочные часы, попутно убираясь в лаборатории и не глядя на поблескивающий в тусклом свете мерцающий флакон. Первые разы ему так хотелось поскорее проверить действие получившегося зелья, что он обжигал руки, не дождавшись, пока то остынет.

Надеялся, что получится одолеть проклятие. Но после десятка провальных попыток прыти поубавилось.

К тому моменту, как последние песчинки упали на дно часов, в лаборатории царил идеальный порядок. Тмор откупорил крышку, капнул остывшее вязкое зелье на руки и растёр, стараясь не вдыхать вонь. Хорошо, что достаточно было смазать пальцы, а не пить приготовленное! Некоторые ингредиенты в настое были настолько отвратительными, что некроманта передергивало!

Руки охватило неприятное жжение, с каждой секундой нарастая всё сильнее, и мужчина стиснул зубы, чтобы не зарычать от боли.

Желание сунуть горящие ладони в воду и смыть проклятое зелье стало нестерпимым, но Тмор знал – это бесполезно. Зелье впитывалось в кожу мгновенно, проникая так глубоко, что вытравить его можно было только вместе с руками. Ничего, потерпит. В конце концов, результат стоил того, чтобы помучиться.

Хотя насчет «немного» он врал.

Наверное, чешуи василиска стоило добавить поменьше. Это была последняя мысль, прежде чем Тмор провалился в беспамятство от невыносимой скручивающей мышцы боли.

Очнулся он на полу, у лабораторного стола. Хорошо, что чуть раньше убрал все склянки – мог бы осколками порезаться. А так обошлось скинутой на пол бумагой.

Руки уже не горели, кожу лишь слегка пощипывало, а значит, пора было приступать ко второй части эксперимента.

Тмор с трудом поднялся и, пошатываясь, как пьяный, на нетвердых ногах приблизился к клетке.

Феникс внутри очнулся и, словно почувствовав грядущую опасность, пронзительно закричал, забил крыльями. Маг, от которого остро веяло смертью, внушал ему непреодолимый ужас.

– Тише, тише, – некромант протянул к птице руку и коснулся пёстрого алого хохолка. Нерешительно провёл кончиками пальцев по переливающемуся оперению. – Видишь, всё хорошо.

Успокоенный, феникс опустил голову и перестал трепыхаться. Долгое мгновение ничего не происходило.