Меня убьет Рубиновый Дракон

Со стороны магию этих чар невозможно отличить от простейших ментальных щитов. Если Эредин Файларден проверит, с чем явилась Саила к его Истинной, увидит лишь легкую защиту разума, которая вполне естественна и безвредна.

Королева видела, что девчонка явно подпала под действие чар. Вождь еще не дошел до того, чтобы собственноручно упаковать ее в кокон из различных защит, или поручить упаковку сильнейшим драконьим магам. Она была беззащитна – и среагировала так, как должна была.

Так, да не совсем.

Несмотря на очарование, она не действовала бездумно, на эмоциях – что и было целью чар. Она размышляла над словами Саилы и своими. Говорила и делала только то, что было ей выгодно. Хотя явно прониклась симпатией к саламандре.

Это означало лишь одно. Девица была того сорта, кого называют – «себе на уме». Что бы ни творилось вокруг нее, она обязательно будет обдумывать, оценивать, делать выводы и продумывать стратегию поведения. Не бросится импульсивно в омут с головой.

И этот склад характера у соперницы невероятно осложнял задачу Саилы. Избавиться от нее быстро и без последствий, а потом занять место в сердце Эредина Файлардена, отведенное его Истинной Паре.

Саила анализировала свои наблюдения над иномирной обезьянкой в то же самое время, когда та сама улетела в размышления. Над ответами, полученными от Саилы. Королева не лгала ей – общие вопросы о вулканах, саламандрах, порталах в другие миры легко проверить. Да и правда ничем не грозила ее планам, так что Саила ничего не скрывала.

А затем обезьяна сумела ее удивить. Прямой вопрос о пророчестве стал неожиданностью. Но и тут скрывать было нечего. Перед ритуалом все участники принесли клятву Эредину Файлардену, что не разгласят ответ Гайданы без его ведома. Кроме них и драконьих старейшин никто не был посвящен в тайну.

И вот, пока обе соперницы предавались размышлениям, в библиотеку нагрянул Эредин собственной персоной. Саила была готова к такому развитию событий.

Но сердце все равно екнуло. Он непременно потребует объяснений. И ей придется отвечать.

Она неплохо изучила Эредина Файлардена. Он так и сделал. Смотрел то на одну женщину, то на другую. Явно желая наказать обеих. За что – неважно. Он был зол. Выбешен их встречей и разговором.

И наверно, сам не понимал, что именно выбесило его. Сам факт встречи любовницы с Истинной, обреченной на смерть. Или их дружелюбная беседа.