Нечисть изумрудных вод

В руки ей прилетел Глазосверк и вцепился в неё когтями так, что княжна еле оторвала несчастное животное от себя!

Ставни маленьких окошек разлетались в разные стороны. Берест отдалялся от избы, а точнее, изба стремительно бежала вглубь леса! Сквозняк дул нестерпимый, обжигающий теплотой воздуха!

— Берест горит!! — Евгеша, плача созерцала, как её родное княжество превращалось в одно сплошное огниво. Всего за пару дней всё, что ей дорого, исчезло. Вместе с сёстрами ушли покой и, кажется, всё княжество оплакивало Беляну и Бажену.

Оно сгорало, как и сердце Евгеши.

Затмение заканчивалось, возвращалось на небо яркое солнце, но Думна отчего-то не блестела, больше похожая теперь на болото. Зелёная трава пожухла, и вся эта картина была похожа больше на страшную былину, нежели на реальность. А избушка всё бежала и бежала.

— Ты ведунья***?— спросила Заряна у Усуды, выглядывая в окно и созерцая гигантские куриные лапища. Евгеша так же не сводила со знахарки круглых, как блюдца, глазёнок.

— И горжусь этим! — женщина с ухмылкой обернулась.

Евгеша открыв рот, метала взгляд, то на Усуду, то на лапы избушки, мелькающие в окне. — Сама-то кто будешь? — Евгеша переключила взгляд на Заряну, смущённо сидящую в углу.

— Говорили, что княжна, но я ни во что уже не верю...

__

Адамова голова* — русское народное название ряда растений необычной формы, которым приписывались целебные или волшебные свойства.

Кика рогатая** — один из древнейших головных уборов. Восходит к образам женских языческих божеств.

Рога были символом плодородия. Право носить рогатую кику женщина получала после рождения первого ребенка.

Ведунья*** — колдунья, ведьма.

~ ГЛАВА 6 ~ "А ДОБРЫЙ ЛИ ТЫ МОЛОДЕЦ?"

Заряна, напевая себе под нос, поставила в угол деревянную метлу. В избе на курьих ногах царил хаос, и Евгеша, сделав умный, до крайности, вид, учила Заряну убираться.

Княжне, а точнее, "Просто-Заряне", очень понравилась уборка. Раньше она не делала ничего и теперь уверенно решила наверстать весь пропущенный жизненный опыт.

Кроме того, такое "необычное" занятие, как уборка, помогало юной красавице отвлекаться от печальных мыслей, связанных с Берестом, Беляной и Баженой, с отцом. "Он, наверняка места себе не находит, если, конечно, вспомнил о том, что я существую. Мы ведь давно уже не родственники. И видела я его редко... Как жаль, что он меня совсем не узнал за столько лет. Так заботился о моей сохранности, что совсем перестал разговаривать со мной...