Нечисть изумрудных вод

Усуда же, всё время читала какую-то большую книгу. С печальным видом она оставляла её открытой несколько дней подряд, а потом настал вечер, когда она вдруг хлопнула переплётом и направилась к ступе. Заряна с Евгешей ждали возвращения Яги несколько часов.

В это время Заряна молча и с улыбкой убиралась в избе с двумя маленькими оконцами, выходила вытряхивать вещи на небольшое крыльцо, откуда можно было разглядывать и куриные ножки, уносящие девушек всё дальше в лес, и покатую крышу с дымящей печной трубой.

Свежий лесной ветерок, напитанный еловым запахом, звери и птицы, деревья, бесконечным одеялом укрывающие землю, далёкие вершины во главе с величественной Трёхглавой горой. Какое удовольствие было сидеть на этом крыльце и есть ягоды, которые вместе собирали все жительницы избушки. Как радостно было жить, зная, что твоя жизнь - не четыре стены, а бесконечный непредсказуемый и живой лес.

Откуда-то сверху донёсся крик Усуды.

— Отходи! Шустрее! — ступа со стуком приземлилась на порог.

— В следующий раз научу тебя, Зарянка, избу останавливать и на землю садить, а то летала сейчас над лесом, как проклятая. Не могла вас найти. Спасибо ещё, что дымок из печи идёт, а так вы и за Кудыкину гору, поди, убежали бы, — женщина выпрыгнула из ступы, одним движением пальца поставив летательную деревяшку в угол перед дверью. — Плохи дела. В Берест летала. Нечистые реки все иссушили, поля само-собой тоже. Не будет урожаю. Люди от голода и жарищи погибать будут ежели силу тёмную не выгнать. Знай, обидели Водяного. Князя теперича только на руках носить за такие-то мирные переговоры,... не в обиду будет сказано, — Заряна понимающе кивнула. Она и сама сейчас была об отце не лучшего мнения, хоть и корила себя за это в глубине души. — Водяные, знай, не дурные. Вот и изжить вас со свету хотят. Худо? Худо. Худо-худо. Надо русалок звать, а как их звать, коли водяные — их цари? Загадка. Искать надо полотно да пряжу. Много пряжи. Да, легко нам, Усудушка, никогда не было, — иногда Усуда разговаривала сама с собой. Заряну это немного настораживало, но зная судьбу бабы Яги, было вполне логично небольшое раздвоение сущностей. Серый её ботинок скрывал костяную ногу. Не было ни кожи, ни плоти. Кости. Заряна поняла это у Смородины. Прежде чем ступить в Навь, Усуда сосборила полы сарафана и ногой в сером сапоге ступила через границу, а вслед за ней пошла и вся изба.