Наследница. Страж моего сердца

Я назвала дочку Эвелина, что значит «жизненная сила», хотела, благодаря ей, эмоционально успокоится, стать стабильной, что ли. Я ж всегда за счет других баб и мужиков выезжала. А тут сама захотела. Хотя, как сама? Видишь, за счет дочки пыталась. Привез мне видео с ней из больнице, где она была под охраной Эда. Я так и не поняла почему Димка приехал. Сказал, что жалко стало, хотя он и не знал меня тогда. Но начал мне тайно весточки передавать.

― А что со спиной? Ее вылечили?

― Димка сказал, что заболевание не лечится, но ей сейчас намного лучше.

Хотя она должна быть всегда под наблюдением врачей.

― А, куда он ее увез? Где та самая больница?

― Я думаю за сотни километров отсюда. А, может, вообще заграницей. Эд не хотел, чтобы я и близко к ней подходила.

― А почему он сказал, что твое присутствие пагубно для дочки?

― Посчитал, что если бы я не вела такой разгульный образ жизни, то дочка была бы здоровой. Боится, что я научу ее плохому… Кретин! Ну, что пойдем спать?

― Да.

― Мийка, ты даже не представляешь, насколько для меня было важно открыться тебе и вот так по душам поговорить.

От всего сердца тебя благодарю. От своего разгульного сердца.

― Твое сердце прекрасно! Не навешивай на себя чепухи от Чепухня, – я заулыбалась.

― Чепухня?

― Там, откуда я родом, действительно, есть Чепухонь. Он говорит очень странные вещи, его только Зеокс может слушать. Хотя сам по себе он очень милый смешной дракон.

― Знаешь, а вы с Димкой похожи. Он тоже иногда что-нибудь сказанет такое, вот стоишь и думаешь: он серьезно или прикалывается.

Мне было неимоверно приятно это услышать. Ведь если мы похожи, возможно, ему захочется быть со мной.

― Мийка, не грусти! Слушай, а давай завтра ты мне расскажешь, как с Димой познакомилась, и с чего тебя Эдуард своей женой решил сделать.

― Тебе неприятно об этом думать?

― Нет, у меня к Эду чувств нет уже, но мне интересно, что у вас произошло.

― Конечно.

Я понятия не имею, о чем буду ей рассказывать. Лгать и придумывать, чтобы история была осмысленной или сказать правду? Мы начали подниматься по лестнице и услышали лай:

― Пиппо! Я ужасная хозяйка, Мийка.

Забыла псу корм купить. Хорошо, что собаки не умеют говорить, а то бы Маркуша такое обо мне узнал…

Навстречу выбежал Пиппо и начал кружить возле нас и вилять хвостом. Я взяла его на руки, тот радостно залаял и лизнул меня в нос:

― Утром он ел булочку, может, и сейчас будет?

― Тебя даже собаки любят. А у меня и булочек-то нет.