Наследница. Страж моего сердца

Волосы у тебя шикарные, но требуют доработки.

― Мне так стыдно за ногти, постоянно их грызу и они не растут. Вот как я буду кому-то лечить спину?

― Для этого и есть маникюр: он сделает твои ноготочки крепкими, здоровыми и красивыми. И привычка делать «харакири» ногтям быстро улетучится.

― Хара… кого?

― Ну вот это вот все, – Патриция изобразила меня кусающую ногти и засмеялась.

― Мне подходит!

― Вот и отлично. Беги в душ, а я пока закажу нам на утро вкусненький бриошь, – увидела мой вопросительный взгляд и добавила, ― Булочку.

Я одобрительно кивнула и пошла в комнату под названием ванная. Здесь не было большой чаши, как в отеле. Здесь была душевая кабинка. О, Великий Дракон, я начинаю узнавать об этом мире много интересного, и мне тут нравится! Очень благодарна Зеоксу, что он направил меня именно сюда. Я встала внутрь и начала крутить ручки на меня полилась холодная вода, потом слишком горячая. А после того как я смогла отрегулировать температуру, вспомнила, что должна снять одежду.

Хорошо, что я не одела обновки. В этот раз густую жидкость из баночки с запахом граната я нанесла на тело и волосы. Наделала столько белых барашков, что еле-еле заставила их уплыть куда-то вниз.

Да, еще вчера мы купили полотенце и банный халат молочного цвета. Я вытерлась и закуталась в халат. Вся такая радостная я начала спускаться, чтобы попросить Патрицию дать мне что-нибудь для укладки волос: ленту или заколку.

― Пати! – я быстрым шагом направилась на кухню, и чуть было не налетела на того самого полицейского.

Он повернулся и застыл, как дерево, рассматривая меня пытливым взглядом.

― Синьор Мартинес, вы, что раньше красивую полуголую женщину не видели? – отчеканила Пати, тем самым смутив и меня, и его.

― Виноват, – отвернулся от меня и уставился на Патрицию.

― Вольно, Густаво, – сквозь улыбку сказала Пати, ― Мийка, он нам интересные факты про Димку принес.

― Какие? – я подбежала к ней.

С меня капала вода и когда я одним махом перекинула волосы с одного плеча на другое, то окатила каплями лицо и форму Густаво.

Патриция прыснула со смеху:

― Синьор Мартинес, ты бы хоть сдвинулся с места.

― Виноват, – полицейский густо покраснел и отошел от меня на несколько шагов.

― Простите, – мне стало жутко неудобно. А еще было неудобно, потому что я действительно стояла полуголая. Я бы уже давно убежала наверх, но желание узнать информацию о Дмитрии было сильнее, чем желание скрыться от мужских глаз.