Бал моей смерти

– Нашел!

Наша процессия остановилась, Тилорн выхватил склянку с жидкостью цвета детской неожиданности и поднес к моим губам.

– Пей! – приказал он.

Я отрицательно покачала головой. Доверия жижа не вызывала. Красавчик тяжело вздохнул, сосредоточился и посмотрел на меня ангельскими глазами.

– Прошу, выпей это чудотворный элексир. Ради меня.

Я и поплыла. Была готова на все, ради него. Дрожащей рукой взяла бутылек и заглянула в прекрасный омут его глаз, скользнула взглядом по его губам.

– А ты меня потом поцелуешь? – словно кошка мурлыкнула и потёрлась носом о его плечо.

О как о пах! Грозовой шторм и всепоглощающий пожар.

– Обязательно, – и он подтолкнул склянку к моим губам, – пей.

Я сделала маленький глоток. На вкус это смесь трав, коры дубы и жгучего перца. Язык противно закололо, горло обожгло, из глаз брызнули слезы.

– Все пей! – рявкнул красавчик.

Мне не оставалось другого выхода, только повиноваться ему. Давясь и рыдая, за три больших глотка осушила флакончик. Как только зелье закончилось, Тилорн отбросил склянку в сторону, крепче прижал меня к себе и побежал.

Гуль поспешил следом, отставая от нас буквально на пару шагов. Позади раздался вой Морлет. Слов было не разобрать, но по интонации нас проклинали.

– Мы потеряли слишком много времени, – мужчина, чуть пригнувшись, вбежал в пещеру.

– Господин Тилорн, боюсь мы не сможем вернуться во дворец.

– У нас нет другого выхода. Найди восстанавливающее средство.

Гуль вновь забренчал склянками и протянул флакон со светящимся в темноте голубым раствором.

Тилорн не останавливаясь открыл крышку и протянул его мне.

– Выпей его. Оно исцелит тебя.

– А оно не радиоактивное? – Я с сомнением повертела в руках пузатый флакон. – Вдруг у меня потом уши, как у слона вырастут…

– Оно эльфийское. И у тебя голова исчезнет, если я верну тебя обратно Морлет. А хотя, зачем? Надоест тебя тащить – сожру.

Он оскалился и в свете флакончика показались длинные клыки.

«О мать честная, он вампир!»

– Да, я вампир. И очень голодный вампир, – наклонившись и почти касаясь губами моего уха прошептал, – любящий молодых и невинных девушек.

Кожа покрылась мурашками. То ли от близости красавчика, то ли от картинок, пронёсшихся в моей голове с возрастным цензом восемнадцать плюс, то ли от чувства самосохранения, кричавшего мне, что лучше выпить эту радиоактивную жидкость. Здравый смысл победил и, немедля, я резким движением опрокинула в себя содержимое бутылька. На вкус оно было приятное.