Страшные сказки (том 1-4)

Вы обвиняете леди го Фише, но каковы доказательства ее вины? – прикрывалась одеялом.

Тонкая сорочка прилипла к спине, настолько было страшно.

– Я не должен отчитываться перед вами, – зло усмехнулся мужчина.

– Передо мной нет, а перед леди – да.

– Да! – наконец оклемалась Камила. – Я хочу знать, какие есть доказательства в пользу моей вины!

– В вашей комнате, уважаемая леди, были найдены украденные у врачевателя зачарованные рубины.

– Рубины прислал мне отец! – воскликнула девушка.

– Простите, но я не вижу связь между отравлением королевы и пропавшими у врачевателя рубинами.

Видела, как он злится. У него не было прямых доказательств, а я не собиралась закрывать глаза на несправедливость. Торжествующе улыбалась, укладываясь обратно в постель.

– А теперь, будьте любезны, покиньте мою комнату, – проговорила, зевая.

– Арестовать их обеих, – сухо ответил лерг. – До разбирательств.

***

– Сижу за решеткой в темнице сырой.

Вскормлённый в неволе орел молодой,

Мой грустный товарищ, махая крылом,

Кровавую пищу клюет под окном…

– А ну тихо там! – забарабанил в дверь гвардеец, а мне было наплевать.

Я сидела на деревянной лавке и смотрела через маленькое квадратное окошко. Решетка закрывала его настолько, что и руку не просунешь. Там – по ту сторону камеры – ярко светило солнце и шла обыкновенная жизнь. Никому не было дела до двух узниц, которые ждали своего часа.

Так странно. Там жарко, а здесь холод такой, что зубы стучат. Ноги в домашних тапках уже ледяные.

– Клюет, и бросает, и смотрит в окно,

Как будто со мною задумал одно;

Зовет меня взглядом и криком своим

И вымолвить хочет: «Давай улетим!

Мы вольные птицы; пора, брат, пора!

Туда, где за тучей белеет гора,

Туда, где синеют морские края,

Туда, где гуляем лишь ветер… да я!..»

Я вспоминала стихи Пушкина, развлекая себя тем самым, чтобы скоротать время, но на ум приходили лишь грустные произведения.

– Я ни в чем не виновата! Ну хоть вы-то мне верите? – Камила расхаживала из стороны в сторону, меряя шагами маленькую камеру.

– Я верю вам, Камила, но вряд ли мое мнение кто-то будет учитывать, – ответила ей, пытаясь ладонями отогреть ноги.

– Вы не представляете, как я хочу отсюда сбежать! Надоело! Все надоело настолько, что сил моих нет.