Муж для ведьмы

Очень плохо, что он не интересовался делами в Сквартонской миссии раньше. Был тут за все время от силы раза два. Он и в этот раз прилетел случайно, так вышло. А нити, получается, тянутся далеко. И до всего ему придется доискиваться.

Он еще некоторое время стоял, сложив руки за спиной. Хмурился. Потом наконец позволил себе то, чего ему уже давно хотелось. Да так сильно, что буквально выжигало в груди дыру.

***

В таверне было полно разношерстного люда. В основном одни мужчины. Торговцы, мастеровые, местные забулдыги, несколько стражников.

Все это было на одно лицо, шумело, жрало и отпускало шуточки. И посреди этой серой массы он видел яркое светлое пятно.

Так четко, зрение выхватывало каждую мелочь.

Простое платье цвета морской волны на ней смотрелось нарядно и сразу притягивало взгляд. Светлая кожа, медовые с отливом в рыжину волосы. Глаза... Яркие, словно подсвеченные изнутри. Серые? Синие? Зеленые?

Женщина стояла за стойкой и ела цукат. Несколько сладких крошек прилипло к нижней губе.

Он поймал себя на том, что хотел бы их слизнуть.

Глава 13

Это оказалось неожиданно для него самого. Он мог залезть ей под юбку и даже пойти дальше в целях расследования. Но чтобы его вот так, ни с того ни с сего накрыло? Кхммм.

Гийом Саварэ не страдал ложной скромностью и никогда в своей жизни не бегал за женщинами. Сами всеми правдами и неправдами стремились пролезть в его постель. Выбирать он мог лучших из лучших. Если бы захотел.

Что это за мысль сейчас была вообще?

Магистр замер на пороге, разглядывая женщину.

Она казалась яркой и какой-то...

С той первой встречи она изменилась сильно.

Он прекрасно помнил ту дрожащую девчонку в темноте на пустынной улице. Гийом не мог тогда видеть отчетливо ее лицо, но стук громко колотившегося сердца слышал на расстоянии. В первый момент он принял ее за ведьму, потому что все сходилось, кроме одного - силы. Напугана была как кролик, но при этом дерзила ему.

А еще он помнил грубое платье и под ним весьма рискованное кружевное белье.

И тонкий запах волос и кожи, который не перебивали даже вонь прелой соломы и дешевое мыло, которым разило от ее одежды. Легче всего было принять ее за столичную даму, оказавшуюся в трудных обстоятельствах и вынужденную подрабатывать шлюхой в этом грязном предместье. Но шлюха не стала бы так отчаянно протестовать и вырываться.

Сейчас он видел перед собой уже совсем другую женщину. Уверенную, дерзкую. Явно привыкшую к другой жизни.