Муж для ведьмы

А тот, пока все упаковывал, приложил руку к сердцу и зашептал, оглядываясь:

- У вас легкая рука, донна. У меня после вас такая торговля пошла, такая торговля!

Как раз в этот момент она заметила боковым зрением зеленый плащ. И оглянулась. Новый преподобный действительно стоял метрах в десяти и смотрел на нее, прищурившись. Только его не хватало.

Да что ж этих инквизиторов тянет к ней как магнитом! На лбу у нее написано, что ли, что она ведьма?! Торговец тоже увидел нового преподобного и примолк.

- Кхммм, - обернулась она к нему.

- Всего вам доброго.

Ловким жестом зацепила свое приобретение, кивнула ему и с невозмутимым видом двинулась дальше. Но ей еще предстояло пройти мимо преподобного. А общение с товарищами из миссии ей, ведьме и нелегальной мигрантке из другого мира, желательно бы сократить до минимума.

И вот тут вставала дилемма.

С одной стороны, господина Карла Йорга хотелось больше никогда не видеть. А с другой, ей надо было думать о будущем. Ведь преподобный не последний человек во властных структурах этого славного городка.

И если они собираются развивать тут бизнес, ссориться с ним нельзя. Наоборот...

Поравнявшись с преподобным, она чопорно кивнула мужчине. Пусть ломает голову, что у нее на уме. И пока тот сосредоточенно ее разглядывал, прошла мимо.

Он так и остался стоять там.

Уфффф! Кажется, оторвалась.

***

Теперь ей надо было еще попасть в типографию, заказать рекламные флаеры. Зайти в ряды, где продавались кофе, орешки и сладости. А кроме того Инна собиралась заглянуть в местный банк и узнать, какие документы ей потребуются, чтобы открыть вклад.

О документах, кстати, тоже уже надо было бы озаботиться, потому что невозможно полгода прожить вот так, на птичьих правах. Мелькнуло что-то о налогах, о том, чтобы открыть ИП. Но эту мысль она пока что отмела.

И наконец, она хотела более детально изучить плацдарм, где собиралась воздвигнуть павильон. Который со временем перерастет в торговый центр. Все это крутилось у Инны в голове, и, поняв, какое направление принимают ее мысли, она сказала себе:

«Окстись.

Через полгода тебя здесь не будет».

И как-то так жалко вдруг стало своих трудов. Но она отогнала эту мысль, потому что наконец добралась до печатного зальчика.

Вывеска у местной «типографии» была невзрачная и висела низко над входом. Да и сам вход был низкий, а помещение полуподвальное. Инне пришлось сгибаться и подбирать юбки, чтобы не вывозиться, спуститься на пять ступенек вниз по лестнице.