Я выбираю свободу

Меня приподняло в воздух и чужая воля приземлила мое тело совсем рядом с Леммраентом.

- Ты сглупил, братишка. Ты предсказуем. Сам-то думаешь, зачем я выставил слабенькую рабыню против варгшиссы? Да я за секунду сообразил, что ты побежишь ее спасать! Правда, не ожидал, что мою зверушку заколешь... но да ладно. А девицу я и не собирался казнить! Варгшисса бы попугала ее немного, потом я бы торжественно ее помиловал. Ничего, что она убила мою фаворитку, значит сама ее место займет. Признаться, ее совместимость оказалась сюрпризом.

.. Брайдос все перед смертью рассказал, во всем признался, не даром мы за тобой следили, не даром...

Меня еще раз дернули и та же самая магия поднесла мою дергающуюся, сопротивляющуюся тушку к Императору. Настолько близко, что протяни он руку – коснулся бы. Мне было неприятно рядом с ним находиться. Словно что-то тяжелое, липкое, душное обрушилось на мою голову, не позволяя дышать. Хотелось скрючиться, повалиться на землю и отползти куда подальше, забившись куда-нибудь под стол.

Император наложил на меня лапы. Лапу. Вернее, свою венценосную когтистую руку, унизанную перстнями. И тут меня чуть не стошнило от отвращения. Его рука на моей макушке ощущалась как склизкое щупальце целанопода с планет второго сектора...

- Так-таки невинная? Это хорошо, я думал, ты ее тронул. В ее жилах течет магия? Вот это уже хуже. Но ничего, я из нее выбью согласие рожать мне детей. Пожалуй, Леммраент, раз у вас такая огромная любовь, я даже смилостивлюсь и отправлю вас в одну пыточную камеру.

Ты будешь к одной стене прикован, она к противоположной... Так и будете друг напротив друга висеть! Только страшненькая она какая-то... ума не приложу, как ты на нее запал. Хотя ты тоже красотой не блещешь.

- Так отпусти девушку! – с надеждой предложил Лемм, - она здесь совсем не при чем!

- Не-е-ет, я вижу, как ты в нее влюблен! – Император залился громким смехом, - Музыкой для ушей моих будут ее крики и вид несчастного тебя. Да и сломать ее волю надо, магиня же. Странно, что Брайдос был уверен, что притянул простую человечку, жаль, что ошибся.

С простыми рабынями мороки намного меньше.

Лапища на моей голове сжалась, причиняя невыносимую боль, и свет померк, словно рубильник выключился.

Сознание возвращалось урывками. Серый грязный пол. Резинка с волос слетела. Мои волосы розовыми от крови сосульками свисают с головы и занавеской отгораживают от действительности. Врезаются в нежную кожу рук кандалы. Ага, я на них вишу. Голова болит нещадно.