Арканы Мерран I. Сбитый ритм

Мелькнул свет, я больно стукнулась коленями. Над головой характерно свистнуло. Неужели Зеркало пропускает болты?! Хотя, если феникс метнула своё перо… Всё может быть.

Перекатиться через голову, затем на бок. Приподняться за горкой мусора. С этой стороны Зеркало походило на выцветший гобелен с двойным рисунком - высокие деревья и выжженные солнцем степи. На их фоне проступало изображение охотницы: одна рука - в бессильном порыве тянется вперёд, вторая – рвёт перья на груди. Лицо исказила ярость. Ещё бы ей не злиться! Зависнуть, будто пойманное смолой насекомое, вряд ли приятно.

Хм... А ведь, легенды, похоже, не врут: те, в ком не течет кровь Проклятых, не могут проходить через Зеркала.

После Катастрофы мир раздробился. Остатки ресурсов, знаний, технологий, разошлись по множеству княжеств, вместе с легендой о Проклятых. Согласно ей, Древние искусственно «вывели» людей, умевших чувствовать структуру пространства и работать с ним на тонком уровне. Эти люди водили караваны между мирами и следили за состоянием Зеркал-переходов.

А потом, то ли по злому умыслу, то ли по ошибке, открыли Чёрное пламя, которое и погубило прежний мир.

Из-за легенды войны развязывались на ура – хороший ведь предлог, чтобы вторгнуться в государство, где «угнездилась зараза» в виде потомков Проклятых, и очистить мир от «очага великой угрозы». Да что война! Как обвинение, чтобы сжить со свету разжиревшего соседа, тоже вполне покатит. Только вот незадача: простейшей сверткой пространства у нас не владеет лишь ленивый, цветное Пламя используют даже в трущобах, ну а всякие изыски крови на роже не написаны.

А слухи – ну что слухи? Чем знатнее и богаче род, тем больше про него слухов.

Что же. Хоть разок моё «проблемное» происхождение обернулось благом.

Подождав немного, села. Огляделась. Пыль, плесень. Мышино-серый, неживой свет. С потолка, точно змеиная кожа при линьке, свисали шуршащие куски штукатурки. По запаху тлена ясно: строение мертво давно и безнадёжно. В облупленной стене напротив – три грязных окна, в прилегающих углах – дверные проёмы.

Никакой мебели.

Хотела встать, но раненая нога предательски заныла. Пришлось отодрать подол туники, наложить тугую повязку. Теперь можно кое-как подняться, цепляясь за стену. За окнами виднелось нагромождение строений. Город? Надо бы дохромать и посмотреть…

Из глубин здания раздался крик. То высокий, то низкий, он походил на львиный рёв, стрекотание ядовитого насекомого, и предсмертный вой человека одновременно. По спине пробежали мурашки.