Арканы Мерран I. Сбитый ритм

Я почти физически чувствовала, как утекает время. Каждый день, каждый час отдаляли от всего, что осталось дома: многоходовка, месть, войска, кровь тех, кто решился помогать, отчаяние тех, кому теперь ничем не поможешь…

Мне бы самой кто помог. После неудачного покушения, Дарн не давал спуску, наказывал за малейший промах. Позвоночник ныл, словно невидимые песчаные точильщики жрали его изнутри. Отдохнуть и восстановиться никак: Дарн приказал не спускать с меня глаз. Однако Халнер сослался на кучу бумажной работы, и отказался репетировать больше обычного.

Замещать его вызвался Трен – второй помощник Дарна и тот самый «клубок порока», про которого мне говорили ещё в лазарете. Рассказ оказался одновременно правдив и ложен: на первом же «занятии» старый клоун предложил вкусную настойку, хорошую закуску, и культурный обмен – взаимное удовольствие и свободы от Орр.

- Двойной выигрыш, девонька, как ни крути, - ухмыльнулся он, глядя через пузатый бокал с голубоватым вином.

Сделал глоток. Продолжил, потупив взгляд:

- Впрочем, я тебя не тороплю.

Понимаю, ты в замешательстве… монастырь не располагает к познанию тонкостей любви, всё такое. Но помни, - он взял мою руку и начал целовать пальцы один за другим, - всему можно научиться…

Отказаться? Глупо. Ничем не хуже того же убийства. Разновидность брака по расчёту, можно сказать… Но едва чужая потная ладонь оказалась под одеждой, как меня начала бить дрожь, будто опять очутилась в той комнатушке с голыми стенами, в круговороте тычков, смешков, плевков, хлюпающей боли…

Оттолкнув Трена, я выскочила из шатра, и помчалась, куда глаза глядят.

Когда лес сомкнулся со всех сторон, остановилась. В густом полумраке шуршали, скреблись, и пиликали невидимые жители другого мира. Мира, который держит меня в плену. Мира, который никогда не станет моим. Мира, из которого я не могу вырваться… из-за собственной глупости и щепетильности. Потому что, сколько бы ни выжидал Трен, переступить через себя я не сумею.

Дура!

Развернулась, изо всех сил саданула ногой по ближайшему дереву.

С него тут же упали несколько продолговатых плодов размером с ладонь. Раскололись, брызнули соком в глаза. Тьфу, гниль! Брезгливо вытерев лицо, опять развернулась, и саданула другое дерево - низкое, с широким трухлявым стволом, который раскололся от удара. Вот так тебе! И ещё! Полетели щепки. Руками! Снова ногами, в прыжке!...

Дерево превратилось в бесформенную груду мусора. Глаза застилали пот и слёзы. Тяжело дыша, я оперлась ладонями о колени.